Брат Ансельмо кивнул.
— Неделю назад. Странно, что он ничего не рассказал вам об этом.
— К сожалению, я находился в срочной командировке в Иерусалиме, а префекту пришлось неожиданно уехать в Южную Америку, — ответил отец Леонардо. — Мы не виделись уже несколько дней.
Брат Ансельмо во всех подробностях поведал ему об убийстве брата Рейнгарда, которого распяли в кладовой вниз головой.
— Были ли предзнаменования — я хочу сказать, какие-то инциденты, которые показались вам странными? Были ли у нашего брата проблемы?
Аббат покачал головой.
— Брат Рейнгард уже несколько лет жил в нашем аббатстве и был ценным членом братии. Он в основном занимался тем, что касалось иностранных языков. В конце концов, он владел, помимо испанского, английского и португальского, еще и русским и древнееврейским языками, а также несколькими диалектами арабского. Перед тем как попасть в наш монастырь, он работал в Церковной службе древностей. К сожалению, во время раскопок произошел несчастный случай, так что ему пришлось отказаться от своей работы и удалиться сюда, в Этталь.
— Знаете ли вы, чем он занимался в последнее время? — спросил отец Леонардо.
— Он много читал, — ответил брат Ансельмо. — Он читал книги на древнегреческом языке и на древних восточных языках. Насколько мне известно, он переводил древние тексты для службы древностей. С древнеарамейского, древнееврейского языков, понимаете?
— Работал ли он над чем-нибудь особенным?
Брат Ансельмо пожал плечами.
— Я, к сожалению, не знаю этого. Разумеется, ходили разные слухи. Вам известно, что священник церковного прихода паломнической церкви в Висе также был убит? Как и пономарь, когда ночью застал нескольких взломщиков врасплох в церкви. Полиция считает, что оба случая как-то связаны.
Отец Леонардо кивнул.
— Я слышал об этом, — ответил он скорее небрежно, хотя и с трудом сдерживая нервозность. В какой заговор довелось ему попасть? Всюду его дорогу устилали трупы. Как в Германии, так и в Святой земле.
— Вы можете рассказать мне что-нибудь о слухах, которые ходили здесь после смерти брата Рейнгарда?
Аббат улыбнулся и махнул рукой.
— Болтовня, не что иное, как глупая болтовня. Говорят, будто брат Рейнгард потерял веру в Бога. Он был очень сдержан в течение последних недель. Кроме того, вы знаете, как он умер. Его сначала замучили, а затем распяли, как предателя.
— Были ли знакомы брат Рейнгард и священник церкви в Висе?
— У вас очень много вопросов. Наверное, вам стоит обратиться к представителю полиции. Это дело расследует некий Буковски, начальник отдела уголовной полиции.
Отец Леонардо кивнул.
Брат Ансельмо посмотрел на часы.
— Мне жаль, но я ничем не могу помочь вам. У меня срочная встреча с представителями округа. Мы должны обсудить проведение мероприятий в течение ближайших нескольких недель.
Отец Леонардо встал. Ему еще очень о многом нужно поговорить, подумал он про себя. Однако прежде чем связаться с полицией, ему непременно следует побеседовать об этом деле с кардинал-префектом. И на сей раз он не позволит вешать себе лапшу на уши, на сей раз префекту придется ответить на его вопросы.
Бишофсвизен, Берхтесгаден…
Дом Ганса Штайнмайера стоял в маленьком переулке. Это был аккуратно побеленный дом с эркером из темного дуба и большим балконом. В ухоженном саду покачивались на ветру две белые березы.
Том и Мошав припарковали свой «форд» на некотором удалении от переулка.
В то время как Мошав ждал в машине, Том неторопливо прогуливался возле дома. Гараж был открыт, но темного «рено» в нем не было. Вообще, похоже, дом пустовал, потому что в течение часа никто там даже не показался. Том завершил второй круг и открыл дверцу со стороны водителя.
— Все еще ничего, — шепнул он Мошаву.
— Ночь будет долгой, — ответил тот.
Том кивнул, но прежде чем сесть в машину, снова выпрямился. Недалеко от них, на выезде на улицу, над входом в дом красовалась вывеска булочной.
— Я слегка проголодался, — заявил он. — Тебе что-нибудь купить?
Мошав покачал головой. Том захлопнул дверь машины и пошел к булочной. Остановился у витрины и заглянул в магазин. Там было пусто. Он поднялся на три ступени, открыл дверь и вошел. Звякнул висящий на двери колокольчик.
Том подождал минуту, пока появилась пожилая женщина со снежно-белыми волосами, заплетенными в косу. Поверх синего платья в цветочек на ней был надет белый передник.
— Добрый день, — сказала женщина, приветливо глядя на Тома.