Она огляделась. Улица была полна людей. Джина выпила эспрессо и посмотрела на часы. Пора уже было поискать такси в стороне от многолюдной пешеходной зоны. Завтра ей предстоит еще один утомительный день. Она встала и неторопливо пошла в направлении улицы Кинг Джордж, свернула на улицу Бен-Гиллель и направилась к Парку независимости. Когда она свернула еще раз, краем глаза заметила привлекательного мужчину высокого роста, лет тридцати пяти, который следовал за ней на некотором расстоянии. Лицо его было смуглым, а волосы совершенно черными. Он может оказаться итальянцем, подумала она.
Джина уже давно не была с мужчиной. И, честно говоря, этот парень точно в ее вкусе. Она бросила на мужчину еще один мечтательный взгляд, прежде чем свернуть за угол.
Когда Джина пересекла парк, суета улицы Бен-Иегуда осталась далеко позади. На улице Давид-Гамелех она наверняка найдет такси.
14
Штайнгаден в районе Пфаффенвинкель…
Фронрафтен — так называлась деревушка в общине Штайнгаден: несколько домов и отдельные утопающие в зелени усадьбы. Штефан Буковски объявился там сразу после полудня, чтобы встретиться на лугу за околицей с пастухом Алоизом Хиглем.
— Поезжайте прямо, по направлению к Шобермюле, — сказал Хигль по телефону. — Там, где будут овцы, найдете и меня.
Лиза вела темный BMW и делала пятую попытку найти нужную дорогу, ведущую к Шобермюле.
Она бросила замученный взгляд на Буковски, который сидел рядом с ней на месте пассажира и почти что спал с открытыми глазами.
— Надо было подробнее расспросить дорогу, — обиженно проворчала она.
— Просто нужно было правильно свернуть, — возразил Буковски и выглянул в окно. Мимо пролетали луга и поля.
— Мы не туда едем, — прошипела Лиза. Узкая дорога перешла в проселочную грунтовку.
— Поезжай дальше! — приказал Буковски.
Лиза покачала головой и нажала на педаль газа. BMW рванулся вперед. Они въехали в небольшой лесок, который закончился уже через несколько сотен метров. На показавшемся за ним лугу паслись несколько коров.
— Позвони ему еще раз, — попросила девушка.
Буковски ткнул указательным пальцем в противоположную сторону дороги, у которой стояло несколько десятков овец.
— Ну, что я тебе говорил? — прорычал он. — Сверни направо.
— Но я же не могу останавливаться посреди дороги, — возразила Лиза.
— Тогда выпусти меня, — ответил Буковски.
Лиза так резко затормозила, что Буковски основательно тряхнуло.
— Пожалуйста, господин начальник! — Как только он вышел, она резко тронулась с места и умчалась прочь.
Буковски покачал головой.
— Ох уж эта нынешняя молодежь… — раздался голос у него за спиной. — Им лишь бы пошуметь.
Буковски обернулся. У обочины стоял пастух и смотрел вслед машине. У его ног лежала большая черная собака, сторожившая овец.
— Она ищет стоянку, — объяснил Буковски.
— Ближайшая — возле дороги В17, в нескольких километрах отсюда, — ответил пастух. — Вы господин Буковски?
Буковски кивнул.
— Господин Хигль, если не ошибаюсь.
— Правильно. Вы хотите услышать, что я видел в ночь на четверг вблизи церкви в Висе?
— Именно для этого я и приехал.
— И куда катится мир? — вопросил пастух. — Нынче преступники уже и в церкви врываются. В пропасть он катится, в пропасть и разгильдяйство…
— Вы заметили машину, — прервал Буковски этот словесный поток.
— Точно, — подтвердил пастух. — Я был с овцами на лугу. Это к востоку от Виса. Уже стемнело, когда я совершал обход и увидел, что посреди дороги стоит машина, а внутри никого нет.
— Может, вы знаете, что это была за машина?
Пастух сунул руку в нагрудный карман синего комбинезона.
— Секунду, — сказал Хигль. — Цифры я запоминаю плохо, но я их записал. Это был черный «мерседес». Дорогая машина. Номерные знаки были желтого цвета. Не немецкие.
— Желтого цвета?
— А, вот оно. Номера такие: 347 HG 13. Желтый фон. У меня с собой был фонарь. Должно быть, машина из Франции. По крайней мере, рядом с номером стояла F.