Он отошел на шаг назад и снова стал разглядывать стену, на этот раз не глазами, а внутренним магическим взором, что позволяло увидеть не только поверхность, но и почувствовать, что находится внутри. Буквально через несколько секунд он кое-что обнаружил.
Внутри скалы был сильный источник магии. Айлон сконцентрировал свое внимание на нем. Сначала нечто начало слабо проявляться на поверхности скалы, затем сформировалось в незнакомый символ, состоящий их огненных, переплетающихся друг с другом линий.
Айлон инстинктивно отпрянул назад. Он еще никогда раньше не видел такого знака, но почувствовал его необыкновенную мощь, которая сожжет его, если он осмелится подойти ближе. Он отчетливо ощущал жар, исходящий от знака.
— Печать, — выдохнула Шилена. — Я тоже вижу. Ты можешь ее сломать?
Айлон покачал головой.
— Нет, это невозможно, — ответил он. — Это сделали очень, очень сильные маги. Должно быть, это легендарный символ власти народа, который это сделал. Я никогда его не видел, но читал об этом в древних рукописях. Такие знаки убивают любого, кто попытается их погасить, не обладая соответствующей силой. Мне до этого далеко. Боюсь, я бессилен что-либо сделать.
Отчаяние отразилось на лице его спутницы.
— А мы не можем как-нибудь обойти печать? — с надеждой спросила она.
— Нет, сила магии распространяется не только на вход, но и на всю стену. Мы должны были бы пробивать новый туннель совсем в другом месте… — Айлон не договорил и в задумчивости почесал затылок.
— Что? Есть идеи? — спросила Шилена.
— Не знаю, — пробормотал он. — Обойти печать… Может быть, по-другому… не так, как ты говоришь. Я не в состоянии ее ни сломать, ни разрушить, но, может быть, смогу ее изменить…
Айлон еще раз прощупал печать с помощью магии. Вновь ощутив жар, как от огня, он остановился, но успел почувствовать еще нечто — некую слабую пульсацию, колебания древней силы. Изо всех сил он постарался войти в резонанс с этими колебаниями, приспособить свое волшебство к тому, древнему. Это была утомительная работа, требующая огромного напряжения и полной концентрации. Ему казалось, что он сгорает изнутри, но потом он снова приближался к изначальной силе: причудливые, невероятные картины наполнили его мозг, грозя раздавить и уничтожить, к нему подкрадывалось безумие. Это было как танец на краю кратера вулкана.
Но Айлон не сдавался. Он чувствовал, что одержал маленькую победу. Чем больше ему удавалось войти в резонанс, тем ближе он подходил к печати. Перевязь Харалона на его запястье начала раскаляться. Айлон знал, что без нее его растворила бы чужая магия. Мощный скиил давал защиту, но и у него были пределы. С Айлона градом лился пот, он дрожал от напряжения. Сердце готово было выскочить из груди. Он был вынужден постоянно делать передышки, и каждый раз ему с трудом удавалось вновь попасть в магический ритм. Он иногда путался, как в лабиринте, попадал в тупик и должен был возвращаться к исходному пункту, однако чувствовал, что нащупал правильный путь, и это придавало ему сил.
Это продолжалось долго, очень долго. Айлон потерял чувство времени. Но в короткие перерывы он замечал, как разгорались факелы, насколько светлее стало вокруг. В результате он достиг цели и коснулся символа, не пострадав при этом. Медленно и крайне осторожно он стал разводить в стороны огненные линии. Он чувствовал, как символ теряет свою силу. По мере того, как он распутывал линии, небольшая часть стены теряла прочность. Камень начал мерцать, стал прозрачным и открыл вход в туннель, ведущий в глубину скалы. С огромным усилием Айлон отогнул еще одну, последнюю линию, чтобы она не соприкасалась с остальными. В тот же момент символ погас, и скала, закрывавшая вход в туннель, бывшая лишь магической иллюзией, созданной печатью, окончательно исчезла.
Айлона качало от слабости, но он справился. Вход в туннель был открыт.
— Не нравится мне это, — пробормотал Айлон. Он с недоверием оглянулся по сторонам. Света факелов хватало шагов на десять; отражаясь от неровностей стен, он создавал иллюзию того, что здесь был кто-то еще. Продвигаясь вперед в маленьком оазисе света, они с трудом отодвигали плотную стену темноты, которая тут же смыкалась сзади. Только часть туннеля была сделана вручную. Время от времени они попадали в большие пещеры и мучительно долго искали из них выход, чтобы продолжить путь.
Шилена нервничала.
— Думаешь, мне здесь нравится? — нападала она на него и гневно сверкала глазами. — Если ты настолько труслив, можешь возвращаться! Я и без тебя… — Она замолчала и опустила голову. — Извини. Не знаю, что на меня нашло.