Приблизившись к едва сопротивляющемуся офицеру, он надменно усмехнулся.
«Да, именно так должна вести себя чернь в моем присутствии. Преклоняться перед тем, кто обладает силой. Испытывать благоговейный страх перед истинным властителем…»
И пока занерианнский офицер по имени Зильф предавался мечтаниям в своем собственном мирке, Сагдар начал действовать. Быстро вскочив на ноги, он рывком врезался в тело потерявшего бдительность офицера, повалив его на землю. И не теряя столь драгоценного момента, он одной рукой ловко обмотал шею ошарашенного занерианнца тросом его собственного артефакта и начал душить. Тот пытался сопротивляться, наносил удары по искалеченному телу Сагдара, пытаясь ослабить его хватку, предпринимал попытки перевернуться или вскочить, но все было тщетно.
— Пришло время умирать… — с трудом произнес Сагдар, выпустив из рук ранее намотанный трос змеевидного клинка.
Множество составных частей клинка, которые ранее не могли двигаться, начали резво рвать плоть Сагдара, вырывая крупные куски мяса, мышц и дробя кости. Прижатому к земле занерианнскому офицеру повезло чуть больше; как только артефакт начал двигаться, он мгновенно вспорол тому глотку, а затем и вовсе снес ему голову. Тот, наверное, даже боли ощутить не успел.
Сам же Сагдар, перестав сопротивляться, перевернулся на спину и закрыл глаза. Боль от рвущего его тело артефакта постепенно отходила, уступая место нарастающему холоду и какой-то приятной слабости. Сознание постепенно заполняла пустота и легкость, словно бы оно утопало в приятной и мягкой воде, которая постепенно поглощала его.
Сагдар понимал, что он умирает, но страха перед смертью у него не было. Как, собственно, и других мыслей, которые должны были терзать его ослабевающий разум. Лишь легкость и безмятежность, что утягивали его своими костлявыми руками куда-то в темноту, обещая долгожданный отдых.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ
— Ч-что? — прозвучал чей-то нерешительный голос из толпы.
— Д-да вы шутите!.. — послышался еще один мужской голос.
Так, один за другим, эти неуверенные и шокированные голоса постепенно сливались в один бурный и неукротимый поток, превращаясь в безумную какофонию негодования и удивления. Множество занерианнских солдат, что в тот момент пытались осознать произошедшее, неотрывно смотрели на труп своего обезглавленного командира, который всего несколько минут назад надменно насмехался над сопротивляющимся вражеским офицером.
Но прежде, чем кто-либо из них успел прийти в себя, действовать начал Итар.
Собрав в своих руках всю оставшуюся «силу», весь жгучий гнев и ярость, что в нем были, он схватил рукоять меча и нанес быстрый размашистый удар. В тот самый момент, когда меч покинул ножны, все вокруг неожиданно залило ярким золотистым светом. Казалось, что само солнце, покинув свою темную и бархатную опочивальню из облаков, все же соизволило взглянуть на них, бросив на землю лучезарный взгляд. И этого мгновения, когда все пытались укрыться от слепящего света, было вполне достаточно; огромное количество энергии резво сорвалось с клинка, приняв вид золотистого полумесяца, и устремилась в сторону занерианских солдат.
Никто из них даже среагировать не успел; столь быстро и неожиданно все произошло. Занерианнские солдаты, охваченные ужасом и непониманием, пытались понять, что же именно происходит на самом деле, но золотистый полумесяц стремительно ворвался в их разрозненный строй. Ему потребовалось лишь несколько секунд, чтобы лишить жизни более сотни солдат, превратив их в одно сплошное кровавое месиво. Остальных же, кому посчастливилось избежать столь страшной и жесткой участи, с ошеломительной силой отбросило назад.
— Отступаем к Дальге! — прокричал хриплым голосом Итар. — Помогите раненым, а также тем, кто не в силах идти самостоятельно! Те, кто все еще может стоять на ногах и сражаться, прикрывайте их! Живее!
— Е… Есть! — нерешительно ответили ему уцелевшие солдаты, которых осталось считанные единицы.
— Господин… — обратился Баладар к тяжело дышащему Итару. — Я знаю, что эта просьба неуместна в данной ситуации… Но нам нужно забрать тело Сагдара…
— Ты слышал приказ, Баладар… — ответил ему принц, вытирая свежие струйку крови, что стекали по его губам. — Мы отступаем…
Выпрямившись, Итар сделал глубокий вздох.
Хоть его сердце все еще горевало по утрате дорогого друга, а разгорающееся в груди пламя гнева требовало отмщения, он не стал мстить. Ведь если он позволит своим чувствам взять вверх, это ничем хорошим не закончиться. Как для занерианнцев, так и для его воинов, которых практически по пальцам можно было пересчитать.