Рог скрылся с двумя ребятами в камерах хранения, в зале осталось трое. Шакал так и посматривает на меня с любопытством и нескрываемым интересом. Лиза видит это, и пытается загородить собой, только это не помогает. В какой-то момент прошу перестать, чтобы не усугублять ситуацию. Не хватало, чтобы ее тоже заприметили. Не прощу себе.
Стоило главарю скрыться, как внутренний комочек немного разжался, но так и остался насторожен. Умом понимаю, что это не моя Золотинка, а нечто другое. И причем та же часть души, что тянется к Борису, сейчас и напряжена. У меня раздвоение личности? Да нет, быть такого не может. У таких людей обычно вторая личность выходит на второй план во время опасности, а когда уходит, первая ничего не помнит. У меня же такого нет. Я все вижу, помню, знаю. Здесь, скорее, я становлюсь зрителем.
С чем это может быть связано? В голове ни единой мысли. Сорозова вчера что-то предположила, но так и не поделилась со мной. Если час назад для меня это было не так важно, то конкретно в данную минуту я жутко злилась на волчицу. Ошибочная теория, или нет, можно было бы попробовать разобраться. Тем более, что сердцем чувствую, предположение реально. Главное понять какое. И ведь не спросишь волчицу по ментальной связи, мы не так давно обрели друг друга.
«Золотинка, солнышко, что с нами происходит?»
Обращаюсь к своей сущности. Иногда она мне отвечает, правда тетю Полину смущает факт такого общения. В свое время у нее это общение означало разделение человеческого и волчьего. Волчица была обижена на свою сущность, отвергала ее, и природа решила их разделить, и пока Поля не приняла себя такой, какая есть, не защитила свою мохнатую перед дядей Витей, не была полноценной. Но у меня не так, мы с Золотинкой любим друг друга, принимаем и рады иногда поболтать.
«Не знаю. Мне самой страшно, она плачет, просит убежать, ничего не понимаю…»
«Кто она?»
Так, наш разговор обретает краски, неужели сейчас хоть что-то прояснится? Прошу, Богиня, сжалься, дай мне во всем разобраться. Это так сложно, спасать других, когда сама тону.
«Нечто. Я не вижу ее, просто чувствую. Словно рядом кто-то проснулся. Это все тот волк, он расшевелил ее, но сейчас она окончательно проснулась ото сна, когда увидела этого, ну, как его, который решил, что позабавится с нами»
«Рог. Но сейчас не о том. Ты ее всегда ощущала?»
Вопрос стал первостепенным. Мы с волчицей всегда были едины, и про соседство она никогда не говорила. А в итоге оказывается, нечто жило во мне все эти годы? Ох, я ей устрою, когда выберемся.
«Да, всегда, но мне казалось, что это связь с первенцем. Ну, мало ли? Мне тоже все в новинку, тем более никогда не испытывала негатива, наоборот, даже иногда тепло приятное, вот и не заподозрила неладное»
«Ладно, потом об этом поговорим. Раз ты ее лучше ощущаешь, попробуй растормошить, узнать, что беспокоит. Мне не нравится происходящее. Если утром я думала, что беда будет с Лизой, поэтому и пошла с ней, то сейчас кажется, что беда именно с нами, и мы сами к ней пришли»
Сейчас я была серьезна как никогда прежде. Предчувствие сменило краски, и сложно понять на какие. Я сама пришла в логово зверя, и отдалась на власть судьбы. Раз уж так случилось, то приму бой с достоинством. Ничего в нашей жизни не происходит просто так. Даже Волканов. Он тоже не посторонний, не мимоходный пассажир. Хорошо чувствую его энергетику, переживает он ничуть не меньше родителей.
Пока волчица тормошит комочек, решаю отрешиться от внутренних переживаний и сосредоточиться на окружающей действительности.
Люди немного успокоились. По выражению лица подруги поняла: следит за их здоровьем. Судя по относительно расслабленным мышцам, никому ничто не угрожает. Уже хорошо. Да и сама ощущаю затишье. Трое конвоиров спокойно сидят на своих местах и следят то за нами, то за происходящим за стенами. Кулер с водой подвинули ближе, и все угощения со столов в виде печенья и конфет стоят рядом с заложниками. Потому на небольшие шорохи с нашей стороны хоть и реагируют нервным взглядом, но оружие не взводят.
— Вы окружены. Сдавайтесь, вам не выбраться. Не усугубляйте свое положение.
В помещение врывается голос сотрудника правопорядка, и это выводит всех заложников из оцепенения. В глазах появляется надежда, что все разрешиться благополучно. Только чувствует мое сердце, не бывать этому. Ребята пришли не на простое ограбление, у них конкретная цель, от которой они не отступят. Если бы все было так просто, все уже давно бы разрешилось.