— Прости? — Маринетт скрестила руки на груди и изогнула бровь. Тайна личности, Лука, тайна личности, черт тебя подери!
— То есть…я имею ввиду, что я почти ничего не знаю о тебе! — Лука понял, что прокололся, пора было быстро переводить тему — И о чем этот текст?
— Я буду признаваться в любви.
— Ккому?! — голос музыканта прозвучал чуть громче планируемого, а после он прокашлялся — Я имею ввиду, вы играете что-то романтическое?
— Что-то похожее. — Мари говорила уже без нервоза. Она начинала злиться, что Вайперион не мог держать эмоции при себе.
ТАЙНА ЛИЧНОСТИ, Куфен!!!
— Если хочешь, я могу помочь с репетицией…можешь попробовать признаться в любви…мне… — Лука не понимал своего мазохисткого стремления, но ему всегда хотелось услышать такие слова от Маринетт. Пусть и не по-настоящему.
— Нет. Нет. Это - плохая идея! — Мари начала протестующе махать руками.
— Почему?
— Потому что… — и брюнетка поняла, что прямо сейчас не может привести ни одного адекватного довода. Сейчас они были незнакомцами. Без чувств. Без драмы.
— Я просто буду молчать, а ты проговоришь текст. Я могу даже закрыть глаза, если тебе так будет удобнее! — на этих словах Лука передал Мари листы с текстом и демонстративно закрыл глаза.
— Ладно, там немного слов. И это просто текст! Я даже не знаю кто его написал…
— Хорошо.
— …и там могут встречаться странные слова…
— Неважно.
— …и я могу запинаться…
— МАРИ! — Лука резко открыл глаза и сложил руки в умоляющем жесте — Кхм, прости, Маринетт! Начинай, все хорошо!
— Ладно…— в последний раз замявшись, Мари решила, что может быть все действительно пройдет не так плохо — Дорогой Лютик! С тех пор, как мы встретились, у меня в сердце поселились три солнца…они сияют так ярко, что каждый раз, когда я вижу тебя…они заставляют меня таять…
Маринетт действительно была настроена продолжить, но новый стук, правда теперь в люк, находящийся в полу, прервал ее планы.
— Мари, детка, я пришла отдать тебе ключи от пекарни. Завтра мы с папой рано уедем загород на фестиваль, тебе придется самой открыть ее.
Ровно пять секунд потребовалось Маринетт, чтобы вскочить, схватить за грудки Вайпериона и затолкать его в шкаф. Спасибо навыкам Ледибаг. И спасибо маме, что всегда сначала стучится, а потом уже заходит.
Сабин открыла люк и передала ключи подоспевшей к ней Мари — Если что-то пойдет не так - обязательно звони!
— Конечно, мам! — Маринетт слегка запыхалась, все же Лука был тяжелым, чтобы вот так срывать его с места.
— Все хорошо?
— Да, я…я танцевала. Все хорошо, мам!
«Боже, этот день побьет все рекорды по вранью!»
— Ладно, долго не засиживайся. Люблю тебя!
— И я тебя! — Мари поспешила закрыть люк и прислушаться к удаляющимся шагам матери. Сабин имела привычку по несколько раз подниматься в комнату, вспоминая о чем-нибудь еще.
И когда шаги уже не были слышны. Когда Маринетт облегченно выдохнула и подумала о том, что одной проблемой меньше…
…снова раздался стук…в окно.
— ДА НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! — нет, ей точно показалось. Она просто сходит с ума.
— Там кто-то стучит… — шепотом из шкафа произнес Вайперион.
— Да, я слышу! — вышло грубее, чем хотела Мари, но все начинало ее откровенно бесить.
Быстром и безропотным шагом она направилась к окну. Она была уверена - будь там акума, она и без трансформации порвет ее голыми руками.
— Ты забыла зонт! — чуть громче шепнул Лука. Он все еще находился в шкафу и не мог самостоятельно выбраться без последствий - Мари умудрилась подпереть двери стулом, чтобы он не вывалился. Ну не будет же он ломать мебель своей бывшей девушки?!
— Заткнись! — махнула в его сторону Маринетт, но все же, немного улыбнулась.
В три шага она оказалась у окна и, не церемонясь, вновь рванула шторы. По ту сторону стекла ее снова ждали зеленые глаза. Снова латексная маска. И снова герой Парижа.
И это был Кот Нуар.
Мари закатила глаза.
«Черт возьми, это проклятье тибетских хранителей или как еще можно назвать этот сюр?!»
Нуар помахал. Маринетт застонала. Но открыла окно.
— Привет, Принцесса! Прости, что через окно, но люк в этот раз был закрыт!
— Он всегда закрыт!
— Ладно, в этот раз окно был сподручнее. Не впустишь меня? — Нуар, не дождавшись ответа, начал пролезать в комнату, но маленькая ладонь Мари остановила его.