— Совсем всё плохо?
— Просто не хочу о ней говорить. Я её почти не знала. Она бросила нас, когда мне было шесть.
— Сочувствую, но тебе нужно отпустить ее и простить. Я понимаю, что это будет нелегко, но ты уже взрослая девушка и ты должна сама быть ответственной за свою жизнь.
— То есть, вы считаете, что мать, которая бросила свою семью, заслуживает прощения? — я, приподняв брови, уставилась прямо на него.
— У неё могли быть свои причины на такой поступок. А простить нужно не ради неё, а для себя. Чтобы тебе было легче по жизни, — лучи уже подсвечивали его контур, мягко высветляя густые ресницы.
— И как её простить, если я не хочу?
— Напиши ей письмо и в нём выскажи всё что накопилось, все, что ты бы хотела ей сказать. А после сожги.
— Вы сейчас серьёзно? — я удивлённо вскинула брови.
— Более чем. Это очень действенный метод. Просто попробуй. Давай, это будет твоё первое домашнее задание, хорошо?
Я согласилась с домашним заданием хоть оно и казалось мне каким-то глупым и идиотским. В конце концов, я ведь просто могу его не делать, и никто не узнаёт, писала ли я письмо матери-кукушке или нет.
— Хорошо ли ты спишь, Клэр? — спросил доктор, перелистывая просвечивающиеся страницы карточки.
— Около четырёх часов в сутки. Хотела бы больше, но я работаю и у меня есть важные ежедневные дела… — я замялась, не желая выдавать сразу всю информацию о себе.
— Значит, пока обойдемся без снотворных, — он что-то записал на чистой странице. Его почерк был очень аккуратным, но крайне не разборчивым, как и у всех врачей.
— Хорошо, не хотелось бы плюсом ко всему, спать на работе.
— А вот антидепрессанты придётся попить. Ну и моя рекомендация, спать не менее восьми часов в день. Сон — это важнейшая составляющая нашей жизни.
Я поморщилась, но согласилась, так как от него исходило какое-то тепло и нечто напоминающее заботу.
— У тебя есть аллергия на препараты? — спросил он, разглядывая моё лицо.
— Вроде нет.
— Отлично. Вот тебе рецепт, начни принимать с завтрашнего дня, но на постоянной основе, не пропускай, хорошо?
— Поняла, — я взяла со стола бланк с рецептом и попыталась прочитать название: оно было на латыни, и половина букв были написаны очень неразборчиво.
Он видимо заметил моё замешательство и, улыбнувшись, произнес:
— В аптеке поймут.… На сегодня мы закончим, потому что у меня сегодня сокращённый день, да и ты с работы отлучилась. Давай поступим следующим образом: завтра ты начинаешь приём антидепрессантов, а через три дня приходишь ко мне, в четверг. А дальше будем встречаться два раза в неделю.
— Хорошо. Можно идти?
— Да, давай, до четверга. И… улыбнись что ли? Это преступление оставлять такое симпатичное личико без улыбки.
Я растеряно на него взглянула и заметила неловкую улыбку. Он будто боялся своих же слов.
Психотерапевт окликнул меня, как только я коснулась дверной ручки:
— И бросай курить. Это очень пагубно влияет на твоё состояние.
Я кивнула и вышла из кабинета. Бросать курить я, естественно не собиралась.
Глава 2
— Клэр, мне нужна справка, подтверждающая, что ты можешь нормально работать. Раздобудь её, иначе мне придётся тебя уволить. У меня есть и другие желающие на это место, вот, к примеру, моя племянница. Милая девчушка! А какая она улыбчивая и доброжелательная. Не то, что ты, вечно, будто лимон съела.
— Просто я честная, Сэми, — подмигнула я, и отправилась отмывать столы после посетителей.
Сэму было 28 лет, и он был достаточно простым парнем, выросшим в не самом благополучном районе.
— К чему эта твоя честность? А? Честностью денег не заработаешь! Улыбайся клиентам, большего не прошу! — взревел он и, строго погрозив мне пальцем, отправился за прилавок.
Я всё ещё чувствовала себя опустошённой, но Сэм был прав, нужно было сделать более приветливое лицо, особенно во время приёма заказов.
Вскоре подвернулась возможность доказать босу, что я его услышала и поняла — пришли двое парней и попросили меню.
Я с неестественной улыбкой ринулась к столику.
— Добро пожаловать в «Гриновуч», — сказала я и протянула им старое, местами изорванное меню.
— Спасибо, милашка, — улыбнулся один из парней, с ног до головы обведя меня взглядом.
— Позовите меня, как определитесь с выбором.
— Две большие картошки фри, два чизбургера и содовую. — Парень не сводил с меня липкого взгляда.