— Ло...
Он кладет руки на голову.
— Пошел ты, — усмехается Ло. — Почему мне никто не сказал? Ты сын Джонатана. Сара Хэйл — твоя мать, но она не моя, не так ли?
— Моя мама подала на развод, когда от Джонатана забеременела другая женщина тобой. На тот момент я только родился.
Все, что говорил ему отец — ложь. Неудивительно, что Сара ненавидит Ло и проклинала его по телефону. Он — результат супружеской измены и ее неудачного брака. Я пытаюсь подойти к нему еще раз, но Роуз продолжает тянуть меня назад.
Ло сильно плачет.
— Сара забрала мою кровать, чтобы отдать тебе, не так ли?
— Я не знал, что она твоя.
— Мой комод, моя гребаная одежда, она забрала их по решению суда и отдала тебе, — Ло прижимает пальцы к глазам. — Зачем скрывать это от меня?
— Есть юридические проблемы... — он подходит ближе к Ло. — Я даже не знал о твоем существовании, пока мне не исполнилось пятнадцать. Моя мама проговорилась об этом в одной из своих тирад. Я все время навещал Джонатана в загородных клубах. И я не лгал, когда говорил, что перестал встречаться со своим отцом. Я чувствовал себя странно из-за него, особенно когда начал трезветь. Мне казалось, что я вижу его насквозь, — он шмыгает носом, пытаясь сдержать эмоции, но это трудно, потому что Ло в полном беспорядке. И глаза Райка становятся красными и опухшими.
— Ты знал обо мне семь лет? И ты не подумал встретиться со мной? — Ло хмурится от глубокой обиды. — Я твой брат.
— Ты также был тем, что разлучило моих родителей, — говорит Райк дрожащим голосом. — Я провел годы, возмущаясь мыслью о тебе. Моя мать ненавидела тебя, а я любил ее, так во что, чёрт возьми, я должен был верить? А потом я поступил в колледж и немного отдалился от нее. Я начал все обдумывать и пришел к миру с тобой. Я бы оставил тебя в покое. Ты был бы каким-нибудь богатым придурком, которого Джонатан Хэйл воспитал бы. А потом я увидел тебя, — Райк кивает сам себе, его глаза наполняются слезами. — Я увидел тебя на вечеринке в честь Хэллоуина и понял, кто ты такой. После того, как я узнал о твоем существовании, Джонатан показывал мне твои фотографии и всегда спрашивал, хочу ли я с тобой встретиться. Я никогда этого не хотел.
Ло выглядит огорченным.
— Почему ты это сделал?
— Я увидел, что стало бы со мной, если бы он воспитал меня. И я пожалел обо всем. Я винил тебя, когда ты был еще ребенком, которому нужно было разбираться с дерьмовой комбинацией карт. Я хотел помочь тебе… за все те годы, что я сидел в стороне. Я знал, каким он был. Я слушал, как моя мать рассказывала о том, что он говорил ей ужасные, отвратительные вещи, которые иногда были такими же ужасными, как удар по лицу. И я знал, что тебя воспитал такой человек. И я ни черта не сделал, — голос Райка срывается. Он качает головой.
— Итак, ты увидел меня, — говорит Ло. — Я настолько же жалок, как ты себе представлял?
— Нет. Ты в некотором роде мудак, но и я тоже. Мы действительно должно быть братья.
Ло давится коротким смешком.
— Почему все скрывали это от меня? — он делает шаг назад и рука Райка падает с его плеча. — Каковы юридические вопросы?
Райк сглатывает.
— По условиям мирового соглашения моя мама должна молчать об имени твоей матери, и она должна сохранить Хэйл в качестве своей фамилии, иначе она потеряет все, что выиграла при разводе.
Райк должно быть сохранил девичью фамилию Сары: Мэдоуз.
— Почему?
— Чтобы твой отец не попал в тюрьму. Твоей маме было почти семнадцать. Она была несовершеннолетней, и моя мать могла бы выдать его, но она пожалела тебя на мгновение. И поэтому она подписала эти бумаги, которые хранили все в тайне. Если она передумает, то все деньги пойдут на благотворительность, и она проиграет.
Лицо Ло искажается.
— Он изнасиловал ее?
— Нет, — быстро говорит Райк. — Нет. Сара наговорила много плохого о Джонатане, но она никогда этого не говорила. Я не думаю, что он любил твою маму, иначе он нашел бы способ, чтобы она была в твоей жизни. Я думаю, это было... разовое событие, — он проводит рукой по волосам. — Я думаю, она ушла... — он изо всех сил пытается докончить правду. — Я думаю, она ушла от тебя. Я не знаю, почему она решила родить тебя, но она это сделала. И я знаю, что она не хотела оставлять тебя после.
Джонатан вырастил Ло, когда он больше никому не был нужен.
Когда слова доходят до сознания, руки Ло дрожат, а грудь едва поднимается, чтобы сделать вдох.