На глазах у парня наворачивались слезы, а мама была пунцово красная от стыда. Исход дела был близок, и все участники это понимали. Чувство жалости к нему имело такую силу, что хотелось не заваливать компрометирующими вопросами, а пригреть на груди.
К сожалению, моя работа не предполагает внешнего сочувствия. Судья тоже понимала, что сегодня первое и последнее заседание. Парнишке предложили отозвать заявление. Я чувствовала его ненависть и боль. Это все было очень сложно, но он собрался с мыслями.
- Я отказываюсь от исковых требований. – его голос дрожал, а мое сердце разрывалось на куски.
В тот вечер чувство победы полностью отсутствовало. Осадок был очень тяжелый. Мне не хотелось говорить или видеть кого-либо. Я хотела себя изолировать, ведь чувство вины сжигало меня. Максим ждал меня и прекрасно понимал, как мне тяжело.
Он взял все документы, и мы молча пошли вниз. Какой нужно обладать тактичностью, чтобы не сказать ни слова до самого офиса. Я прошла в кабинет, а он положил документы, забрал телефон и поставил стакан со скотчем на стол. Я включила восьмую серию «КИНЗУ». Так мы просидели несколько часов, а потом я ушла в свой номер, отправив его домой.
******
В другие города работать я езжу нечасто. Как правило, это дорого обходится как клиентам, так мне самой. Незнакомое место заставляет снимать номер в гостинице или временную квартиру, что означает новые условия и личный дискомфорт. Я же максимально люблю привычную обстановку, когда под рукой все необходимые документы и вещи. Также немаловажно, что я хорошо ориентируюсь в нашем городе, чего не будет в другом населенном пункте.
Один раз мы с Игорем поехали сдавать ограждения для администрации. Он делал и устанавливал ограждения и около десяти лавочек. Меня он взял с собой, чтобы закрывающие документы были готовы более оперативно. Единственное, чего мы не предусмотрели - это закрытый тип города, в который направлялись.
Игорь имел длительный пропуск. Он его оформил, когда приезжал первый раз, но сейчас о нем никто не вспомнил. Так как работать нужно было с утра, а ехать семь часов, мы выехали в шесть вечера. Спустя четыре часа состоялся ужин в кафе, после чего путешествие продолжилось.
По пути мы обсуждали все, что можно. Спокойно и без нервов. Глубокой ночью мы подъехали к городу. Здесь и началось самое интересное. Во-первых, очередь перед КПП составляла порядка двадцати пяти машин. В каждой из них проверяли пропуск и багажник. Это был сюрприз, особенно для меня.
Глубокой ночью возможности оформить пропуск не оказалось. Спрятать взрослого человека тоже не получится. Люди на КПП тщательно осматривают, и я начала нервничать. Возможно Игорь тоже, но он это не так явно демонстрировал.
Колонна двигалась очень медленно. С каждой пропущенной машиной моя паника только увеличилась. Одну из них, стоящую прямо перед нами, развернули. Это был просто ужас. Стало понятно, что договориться не удастся, но Игорь, будучи авантюристом, надеялся на положительный исход.
Количество машин сокращалось, и я почти плакала от паники.
Игорь пошел к проверяющим быстрее, чем они успели подойти. Он попытался договориться, но ничего не получилось. Он пришел, молча сел, развернул машину, и мы поехали в ближайший город. К четырем или пяти утра мы проехали сто километров и смогли найти гостиницу, чтобы поспать.
Такие ситуации заставляли меня быть еще более выборочной к иногородней работе.
Мы продолжали работать с Максимом. Он становился все более незаменимым, следя за расписанием, почтой и корреспонденцией. Ассистент мило заботился о моем режиме питания, ведь я забывала поесть. Я старалась не смотреть на него, как на красивого и очень обаятельного парня.
Мы периодически обсуждали личные вопросы или перебирали что-то из прошлого. Также популярной темой была история значительных личностей. Мне нравилось его трактовка Макиавелли. С ним всегда было интересно. Он не ограничивался возрастом, демонстрируя свою начитанность. У него было свое мнение. И я все больше растворялась в нем.
Конечно, я преследовала цель не раскрыться слишком сильно. Не показать чувства и то, что нуждаюсь в нем. От постоянного контроля над собой появилась мигрень. Мне было интересно с Максом, но я не понимала его чувств. Он вел себя невероятно тактично и сдержанно, чаще всего обращаясь на «Вы». Вероятно, у меня была возможность сдвинуть границу, но именно она меня оберегала.
В плане работы я редко даю прямую рекламу. Как правило, новые клиенты - это знакомые моих действующих или прошедших. У меня складываются хорошие отношения с обратившимися, а потом они меня советуют. Так получилось и в этот раз.