Выбрать главу

-Алима, я жду вас в своем кабинете. – Услышала она голос Фарука, и, не сумев ничего ответить, просто молча бросила трубку.

-Директор вызывает? – Между делом поинтересовалась Зарема.

-Да. – Растерянно ответила девушка.

-Да не переживай ты так, - подбодрила ее Зарема, заметив ее взволнованное лицо. – Обычная процедура, хочет расспросить, как ты справляешься со своими обязанностями. Ну, иди же, не заставляй начальство ждать.

Алима встала, и, проходя по коридору по направлению к его кабинету, осмотрела свое отражение в одной из зеркальных дверей. На ней была строгая белая рубашка по фигуре и юбка-карандаш немного ниже колен. Волосы были собраны в низкий хвост. Этот образ показывал ее заметно старше своего возраста.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Тот единственный кабинет, стекла которого не были заклеены пленкой-блюр и оставались совершенно прозрачными, и был кабинетом Фарука. Она несмело постучала в дверь и вошла.

-Садись, - предложил он ей, нарушая правило фамильярности в отношении сотрудников, и указав жестом на кресло напротив.

-Я постою. - Зачем-то ответила она с легкой дрожью в голосе. Она обхватила кисть левой руки правой рукой, и стало импульсивно сжимать ее.

Фарук удивленно вскинул брови, но не стал настаивать.

-Я приезжал к вам недавно. – Уведомил он ее.

-Да, отец говорил, что у вас были рабочие вопросы. – Отвечала она, не глядя ему в глаза.

Секунду другую Фарук задумчиво смотрел на нее.

-Ты избегаешь моего взгляда? – Неожиданно прямо спросил он.

-Разве у меня нет на это причин? - С трудом решилась ответить девушка.

-Я думаю, что не должно быть. – Ответил он, теперь уже пристально пытаясь поймать ее взгляд.

-Вы ошибаетесь. Если у вас больше нет ко мне вопросов, то меня ждет работа. – Промолвила она, больше не в силах терпеть этого напора.

Фарук несколько раз хотел было что-то сказать, но останавливался.

-Да, иди. – Лишь ответил он.

Алима стрелой выбежала из его кабинета, и вернулась на свое рабочее место. Она то и дело поглядывала на часы, дожидаясь окончания рабочего дня.

Когда все уже стали собираться, она с облегчением взяла свои вещи и пошла к выходу, чтобы сесть на вахту.

-Добрый вечер, дядя Гамид, - Поприветствовала она водителя, собираясь садиться в автобус.

-Добрый вечер, Алима. – Приветливо отозвался он. – Фарук Алиевич велел, чтобы вы дождались его в фойе. Он сказал, что собирается видеться с вашим отцом, и сам отвезет вас.

Алима вновь побледнела. Как ни пыталась она, он не позволял ей избежать признания вины в произошедшем. В какой-то мере она его понимала. Когда человеку очень больно, ему всегда хочется найти виновника этой боли.

Она вернулась в офис и села в фойе на кресло. В это время по направлению к выходу шел Тимур. Как уже успела узнать о нем Алима, Тимуру было двадцать пять лет. Он работал на фирме уже более трех лет.

-Ну что, едем домой? – Весело произнес он.

-Я сегодня не на вахте. – Объяснила Алима. – Фарук Алиевич должен увидеться с моим отцом, он отвезет меня домой, - зачем-то объясняла она ему.

-А я обрадовался, думал, ты меня ждешь. – Промолвил он с притворной грустью.

-С чего бы ей тебя ждать, Тимур? – Строго произнес Фарук, внезапно появившийся из-за его спины.

Тимур вздрогнул и тут же развернулся к начальнику лицом.

-Я просто так, Фарук Алиевич. – Растерянно объяснялся он.

Фарук смерил его таким же строгим взглядом, затем взглянул на Алиму.

-Пойдем, - скомандовал он ей, и она последовала за ним.

Первые минут пять они ехали молча. Фарук о чем-то напряженно думал.

-И давно он так себя ведет? – Спросил он, наконец, не стерпев.

-Как? – Спросила Алима, не понимая, что именно он имеет ввиду.

-Прилипает к тебе. – Пояснил он с нотами раздражения в голосе.

-Он не прилипает ко мне, он просто проявляет дружелюбие, - отвечала Алима, не понимая, почему он ее отчитывает.

-Ты так и не научилась разбираться… - Хотел было сказать он, но остановился. Алима поняла, что он хотел сказать. Он намекал на Ахмеда.

-Извините, Фарук Алиевич, - с иронией произнесла она, - у меня не такой богатый опыт, чтобы научиться этому.

Фарук тряхнул головой, жалея о том, что сказал.