-Как можно посмотреть на него по-другому, Зарема? – Удивлялась Алима. – С какой стороны ни посмотрю, я вижу перед собой только чудовище!
-Чудовище, которое присылает тебе цветы? – Спросила Зарема иронично.
-Чудовище, которое насилует меня при любой моей проказе!
-Если ты перестанешь считать себя жертвой, то тебе перестанет казаться, что он тебя насилует. – Ответила Зарема прямо.
-Ладно, нас занесло не в ту степь. Я лучше вернусь на пару, пока препод не разозлился. Потом поговорим. – Ответила Алима и бросила трубку. Она еще раз взглянула на букет, и бросила его в ближайшую урну, в которую он влез с большим трудом.
Гамзат по обыкновению заехал за ней после занятий.
-А где букет? – Спросил он, увидев, что она пришла с пустыми руками.
-Оставила в университете. Я не знала, что он от тебя. Не хотела тебя злить. – Снова язвила она.
-В этом городе кроме меня не осталось никого, кто мог бы дарить тебе букеты. – Ответил он. – А если такой человек появится, то я переломаю ему руки. – С этими словами он со всей серьезностью посмотрел на нее.
-Курьерскую доставку можно заказать и с другого города. – Продолжала она, даже не глядя на него. – Твои руки ведь не везде достают, верно?
-Поверь: туда, куда мне нужно, они достанут непременно. – Промолвил он угрожающим тоном. – Как бы ты ни пыталась, тебе не удастся меня разозлить. Я больше не слушаю твои пустые разговоры. Потому что факт остается фактом – ты моя. Чем раньше ты с этим смиришься, тем лучше для тебя.
На сей раз Алима промолчала. Она вспомнила слова Заремы. Что-то заставило ее сомневаться в силе собственных аргументов перед аргументами Заремы. Но она в тот же миг отряхнула свои мысли, даже не допуская того, что Зарема может быть права. Если она даст прорасти этому зерну сомнения, то это может привести к тому, что она начнет оправдывать поступки Гамзата, и принимать его насилие как должное. Она твердо решила больше не винить себя в том, в чем ее вины точно нет. И совершенно очевидным для нее сейчас было одно: Гамзат – злодей, который временами ослабляет свою хищную хватку, давая жертве ощущение безопасности, отчего она может потерять бдительность. Но стоит ей расслабиться, как он тут же извлечет острые когти из мягких лап, и вонзит их в тот самый момент, когда жертва более всего уязвима. Никакая любовь, которую он якобы питал к ней, не оправдывала, на ее взгляд, то, как жестоко он с ней обходился, более того, именно любовь должна была останавливать его от таких поступков.
В середине дороги Алима обратила внимание, что они едут по другому маршруту, и стала с любопытством следить за дорогой.
-Мы едем к моим родителям. – Произнес Гамзат, увидев ее смятение. – Они сказали, что скучают по тебе, и изъявили желание тебя увидеть.
-А пригласить их к себе слабо? – Спросила Алима. – Вместо того, чтобы доставлять им хлопоты. Ты же знаешь, твоя мама сейчас наготовит кучу всего.
Со дня свадьбы Алима всего только пару раз виделась с родителями Гамзата. Они были очень добры и внимательны к ней. Но Алима не могла принять их душой. Одна мысль о том, что Гамзат примет ее доброе отношение к ним на свой счет, была ей противна. Всем своим существом она показывала неприязнь не только к нему, но и ко всему, что так или иначе касалось его. И хотя она понимала, что это несправедливо по отношению к его родителям, но боялась привязаться к ним, боялась войти в его мир и остаться там навсегда, поэтому отчаянно отбивалась и пыталась остаться в стороне, как зверек, избегающий клетки с хищным зверем.
-Вот только не надо делать вид, что беспокоишься за них. – Прямо заявил Гамзат, подъезжая к небольшому частному дому из желтого кирпича. – Прошу тебя, надень маску радушия.
-Подумать только, - произнесла Алима с сарказмом, - ты просишь меня о чем-то. Не бьешь, не насилуешь, не угрожаешь, а просишь. Тебе явно что-то на голову упало в поездке.
Гамзат не обратил внимания на ее слова, по крайней мере не подал виду. Припарковавшись перед воротами, он вышел и подошел к пассажирскому сиденью, на котором сидела Алима, и открыл ей дверь.
-Пойдем, - позвал он, подав ей руку.
Минуту, другую Алима с презрением смотрела на его руку, затем все же положила на нее свою ладонь, и вышла из машины. Как и предсказывала Алима, мать Гамзата наготовила кучу блюд, и накрыла полный стол угощений.
-Мам, ты что, думаешь, мы с голодной войны приехали? – Промолвил Гамзат и, схватив со стола ножку жаренной курицы, с жадностью откусил с нее мяса.
-Гамзат, ты как всегда немытыми руками за стол! – Возмутилась его мать, глядя на сына с умилением.