***
Сабина задумчиво смотрела в окно, обхватив себя руками, в одной из которых был бокал с вином. Периодически она подносила его к губам, делая маленький глоток, все так же глядя в окно на ночной город.
- Что с тобой? – раздался за спиной мужской голос, а виска коснулись ласковые губы. – Ты сама не своя сегодня.
- Почему ты не сказал, что Мир приехал? - Сабина повернулась к любовнику лицом и посмотрела на него чуть обвиняюще. – Ты ведь наверняка видел его.
- Он был у тебя? – тут же нахмурился мужчина.
- Да, - тихо выдохнула Сабина, вновь отворачиваясь, но опираясь спиной о крепкую грудь.
- Я не думал, что он придет к тебе. Я поговорю с ним, - голос был задумчивым, решительным и резким.
- Нет! Не нужно, - Сабина вновь посмотрела не него, поймав его странный взгляд и заметив ухмылку на губах – невеселую и понимающую.
- Все еще любишь его?
Девушка опустила взгляд, но ответила:
- Мы не говорим с тобой о любви. Мы просто хорошо проводим время вместе.
Так было изначально – их отношения строились лишь на сексе. Им обоим было хорошо друг с другом, и Сабина просила не заводить разговоров о чувствах. Тогда, в самом начале, это казалось нормальным – обоих все устраивало. Но в последнее время нетрудно было заметить в глазах своего любовника не только страсть и желание.
- Чего он хотел?
- Как обычно, - скривилась девушка. – Растоптать меня и свалить восвояси.
В голосе было море горечи и обиды, сожаления, тоски. Мужчина смотрел на ее опущенную голову, уже зная, что увидит в ее глазах, как только она поднимет лицо – боль. Он не хотел, чтобы она страдала. А потому решил все же поговорить с Мирославом. Он не мог просто игнорировать происходящее. Сабина вновь будет страдать и плакать, а он не хотел этого, не желал ее слез, не готов был снова собирать заново ее разбитое сердце. И сам не желал быть обманутым. А ведь так и будет: он знал, что Сабина просто не устоит перед Миром, как не могла устоять и годы назад. Она слаба перед ним душевно, да и физически, что уж скрывать. Кому как не ему знать это? Он долгое время наблюдал, как она покорялась Миру, как прогибалась под его нужды и желания, не щадя себя. Видел ее слезы, истерики, воочию видел, во что превращал ее этот человек. И не желал повторения так же сильно, как и сама девушка. Он любил ее, пусть и не сказал ни разу вслух – табу, что б его! Он не хотел терять Сабину. С ней хотел завести семью, детей, остепениться. И он ждал, пока она будет готова к этому. Знал, что не любила, но готов был любить за двоих, надеяться, что рано или поздно добьется от ее ледяного сердца хоть капли тепла.
И что теперь? Он просто отступит и ничего не сделает? Нет. Он не будет сидеть, сложа руки, и смотреть на все со стороны. Он понимал, почему Сабина не хочет его разговора с Миром – девяносто восемь процентов из ста, что он будет бесполезен. Мир идет по пути, что наметил, всегда бескомпромиссно, не глядя на препятствия и ухабы, плюя на всех вокруг, эгоистично добиваясь своего. Кому, как ни лучшему другу, знать об этом?
- Егор? – Сабина нахмурено посмотрела на серьезно задумавшегося любовника. – Я не хочу вставать между вами. Он перешагнет через меня и забудет. Но вы с ним друзья.
- Именно поэтому я буду рассчитывать, что он услышит меня, - произнес мужчина, посмотрев на нее сверху вниз. – Или что ты предлагаешь? Просто дать ему взять, что он хочет? Если ты готова к этому, то я нет.
Он не ставил ей ее слабость в упрек, он просто излагал голые факты. А они были именно таковы.
- Считай это мужской гордостью. Сейчас – ты моя. И если наша с ним дружба дорога ему так же как мне, он не станет на тебя давить.
Сабина ничего не сказала. Она была бы рада, если бы все было так легко и просто. Но зная Мира, не стоит на это рассчитывать. Да и Егор вряд ли так уже верит в свои слова – он знает друга не хуже себя самого.
- Не хочу говорить о нем, не сейчас, - покачал головой Егор, оставляя в сторону свой бокал и забирая такой же из рук Сабины. – Я соскучился.
Он мягко притянул ее к себе впритык и наклонился к ее губам. Девушка тут же обвила руками его плечи, отвечая. Вот почему, почему она не чувствует сейчас того моментального всплеска страсти в себе, который вызвал в ней Мир одним лишь прикосновением губ? Почему не загорается в мгновение ока? Егор был потрясающим любовником: умелым, чувственным, заботливым и разным. Он умел доставлять ей наслаждение, умел добиваться ее криков и стонов, заставляя забывать обо всем. Но все же это было не так, как с Миром. С ним это был ураган от и до, а с Егором все развивалось постепенно. Или же она просто не могла уже без той дикой, безумной страсти, к которой ее приучил Мирослав? Ну не может же быть так, что лишь он один теперь будет вызывать в ней подобные чувства?