19
Сабина слабо улыбалась, млея от того, как кончики пальцев Мира скользили вдоль позвоночника по влажной коже. Комнату освещали лишь фонари с улицы, свет которых бил в окно. Они все еще лежали на полу в ворохе помятой одежды, оба обнаженные. Мир лениво покрывал поцелуями плечо Сабины, не прекращая ласки пальцев по изгибу спины. Страсть только улеглась, тела еще были разгорячены, а мозги отказывались думать. Но девушка даже и не хотела.
Устала мучиться терзаниями совести, сомнений и сожалений. Устала бороться с самой собой. Понимала, что наступает на те же грабли, и все равно делала этот шаг. Уже не могла не делать. И абсолютно не знала, что будет дальше. Не хотела знать, не хотела думать – устала. Она просто пустит все на самотек. Уже не волновало грядущее разочарование – страх перед ним был ничуть не лучше боли, что будет после. И не так давно она поняла, что действительно нет разницы – мучить себя самой или позволить это делать другому.
Она мысленно называла себя дурой, идиоткой и много еще как, прекрасно понимала, что сделала и куда шагает. Но было плевать уже на все. Лишь мысли о Егоре, мелькавшие периодически давали понять, что не так все просто. Она вышла за него замуж, попросив у него тем самым помощи, защиты, доверия. И все это попрала тут же - не прошло и трех месяцев со дня свадьбы. Правильно сказал Мир – она совершила ошибку. И знала, что ее еще предстоит исправить. Но не сейчас. Не сразу. И пусть это было неправильно, пусть она будет использовать Егора, они желала быть на сто процентов уверенной, что еще не передумает.
Горечь разливалась внутри от этих мыслей, что окончательно привело в чувство. Сабина выпрямилась и села, разрывая прикосновения Мира.
- В чем дело? – протянул мужчина, глядя на нее, заложив руки за голову.
- Мне пора домой, - вяло ответила девушка.
- Муж ждет? – хмыкнул Мир, но даже без насмешки, а с какой-то странной интонацией, которую она не поняла.
- Его нет в городе. Он уехала на пару дней. По делам.
- Муж в командировку, жена к любовнику – классика, - рассмеялся брюнет, резко потирая лицо руками и тоже садясь, заглядывая в глаза Сабине. – Дальше тоже по канону – шкаф, балкон? – хмыкнул невесело Мирослав. – Или расскажешь ему?
- Нет, - сразу же ответила Сабина, заставив его непонимающе вздернуть смоляную бровь. – Что? – насмешливо хмыкнула уже она. – Думал, побегу каяться?
- Нуу, как бы да, - рассеянно ответил Мир. – Это в твоем стиле.
- Беру пример с тебя, - хмыкнула невесело и с грустью девушка, - становлюсь сволочью.
- Это не обязательно. Расскажи ему, он отпустит. И тебе будет проще, - пожал плечами мужчина.
- Боюсь.
- Чего? – нахмурился Мирослав.
- Сделать ему больно. Не сейчас, когда он так окрылен и счастлив, - тихо ответила Сабина.
- Ты сделаешь лишь хуже. Ему будет больней, если это случится позже.
- Не лезь, я сама разберусь, - коротко закрыла тему Сабина, поднимаясь на ноги.
- Как скажешь, - оглядывая ее с ног до головы снова голодным взглядом, хмыкнул Мир.
20
Чем больше проходило времени, тем сильнее Сабина увязала во лжи. После третьей встречи с Миром, уже сознательной и даже обговоренной, она собиралась признаться Егору в измене и в том, что зря вышла за него замуж, что напрасно дала ему веру в то, что у них выйдет что-то большее, чем секс по дружбе. Было стыдно, больно осознавать, что так быстро сдалась и сделала ему больно, даже не попытавшись подарить хоть каплю счастья в ответ на его старания сделать счастливой ее саму. Но Егор вернулся, с порога накинулся на нее со счастливой улыбкой, не дав сказать и слова. Она не стала отталкивать или отказывать, не стала сопротивляться, но впервые не получила от акта ничего хоть малость приятного. С ней был красивый, умелый любовник, а она осталась холодна, и это как ничто другое доказало, что Егор – не ее мужчина. И не в Мире было дело, не в том, что он лучше хоть в чем-то. А в том, что она любит именно его. Любит и он. Трудно было верить в это, и Сабина отказывалась, но сомнения не давали покоя ее любящему сердцу, которое готово было надеяться до последнего. Она уже не была наивной и глупой, не ждала чуда, но верила – где-то глубоко и сильно. Именно эта вера не давала ей быть с Егором. Хотелось честно все рассказать, но не хотелось делать больно, но понятно, что иначе не выйдет – муж любит ее всем сердцем.
И она уже открыла рот, чтобы сказать, признаться, но тут заговорил Егор.