- Стервятники, - презрительно тихо прошептал Мирослав, глядя на всю эту толпу людей вокруг могилы. – Половина из них ненавидела отца. Другая боялась.
- И тому и другому сопутствует уважение, - раздался неожиданно тихий голос за их спинами, и они обернулись к говорившему человеку.
- Егор, - слабо улыбнулась Сабина.
Мир тоже скривил губы в подобии улыбки, но отнюдь не потому, что не рад был видеть друга – просто все достало, и сил уже просто не было.
- Рад, что ты здесь, - пожимая гостю руку, а после крепко обнимая, честно произнес Мир.
- Я на пару минут. Убедиться, что ты в порядке, - скупо улыбнулся Егор, проницательно глядя на друга.
- Да что со мной будет, - хмыкнул Мир.
- Расслабься, - улыбнулся Егор, хлопнув его по плечу. – А то вид такой, будто лично похоронишь здесь и сейчас всех, кто рядом.
Мужчина старательно избегал смотреть на Сабину, пусть она и пыталась поймать его взгляд. И действительно очень быстро ушел, сказав еще пару фраз, не призванных утешить или поддержать – Егор как никто другой знал, как Мир этого не любит – жалости и сочувствия. Сабина тоже знала, а потому и сама ни слова не сказала на эту тему, не смотрела на него как на умирающего, не бросалась фразами типа «держись» или «крепись». Она просто была рядом, когда это было так необходимо.
Мир уехал в аэропорт сразу с кладбища, пообещав Сабине, что позвонит, как только сможет. Девушка проводила его грустным взглядом и вернулась домой, забрав к себе детей.
Атмосфера похоронного настроения никуда не делась с окончанием мероприятия, и весь вечер прошел в непривычной для их компании тишине и подавленности. Усугубляло ситуацию и то, что Мир так и не позвонил. Сабина едва сомкнула глаз ночью, чувствуя смутную тревогу и беспокойство. Сама пыталась звонить, но телефон был выключен. Мир уехал не в самом лучшем состоянии, и она понимала, что он быстро возьмет себя в руки и все наладится. Но также она понимала, что ему куда сложней и тяжелей, чем он мог себе позволить это продемонстрировать всем, ей в том числе. Да, у него были сложные отношения с отцом, но это отнюдь не говорило о том, что он не любил его, не ценил и не дорожил. Наверняка даже, где-то глубоко внутри корил себя за то, что где-то не уступил ему, где-то отказался подчиниться и поддаться. И пусть, возможно, даже не осознавал этого, но именно эти чувства и заставляли его чувствовать себя странно и непонятно.
Сабина смогла связаться с Миром лишь поздним утром, когда он уже ехал на свою деловую встречу.
- Извини, я пил почти всю ночь, не хотел ни с кем разговаривать, - несколько напряженно, как показалось девушке, оправдался мужчина в трубку телефона.
- Ты в порядке? – нахмурившись, спросила она.
- Да…все хорошо, - с запинкой ответил Мирослав. – Мне пора.
И отключился.
Он вернулся через пару дней. В еще более мрачном настроении, как показалось Сабине. Приехал к ней, настойчиво забрал ее и некоторые ее вещи, чтобы она перебралась наконец-таки к нему. Девушка не стала противиться, да и не особо собиралась. Даже где-то радовалась, что он решил за нее, едва ли спросив ее мнение на этот счет, поскольку сама бы еще долго не решалась и трусила. Хотя и не понимала, чего именно боится. У них все наладилось, они вроде как определились с тем, как хотят жить и делать это вместе. Так почему бы нет? Она ведь хотела этого – определенности, обещаний, совместного будущего. И пусть у них был несколько разный взгляд на то, как это должно выглядеть, все равно это было уже что-то.
- Что с тобой? Ты словно сам не свой, - заметила по дороге к нему Сабина, пристально и внимательно вглядываясь в красивый профиль.
Мир действительно был хмур и напряжен сверх меры. Словно его что-то тревожило и беспокоило, не давало покоя. И Сабина списала бы это на недавние похороны отца, но чувствовала, что дело в другом.
- Забей, - отмахнулся Мир.
Этой ночью он был почти злым с ней. Каким-то отчаянным, а порой щемяще нежным. Словно что-то тревожило его, беспокоило, а потом он вдруг возвращался из своих мрачных мыслей к ней и извинялся за грубость или торопливость.