Кайли болезненно усмехнулась, и вампир обнял ее за талию, стараясь как-то поддержать. Очевидно, ей не хотелось слушать про Елену после того, что произошло десятью минутами ранее. Элайджа хотел соврать, и увести разговор в другое русло, но… отчаянное желание не врать Кайли захлестывало. Было не так много людей, с которыми он мог быть откровенен до конца, а Аддерли представлялась неплохим вариантом.
— Похоже, я была не права, — внезапно сказала Кайли. — Все-таки, все крутится вокруг нее.
— Постой, — Элайджа взял ее за запястье и заставил остановиться, посмотрев на себя. — Дело не в ней. Точнее, в ней, но… Я рад, что ты в большей безопасности, чем она. Смотря на Гилберт я вспоминаю Катерину, а не все, связанные с ней воспоминания хорошие. И мне скорее беспокоит то, что могла наговорить ей Эстер, раз она решилась солгать мне.
Он — не тот, кого так легко развести на эмоции. Она же, практически ничего не делая, сделала это. Внезапное желание рассказать Кайли, что она теперь важна не только Деймону Сальваторе, затопило Майклсона, но слов не нашлось.
Почему она? Почему среди многих девушек его взгляд упал и остановился только на Кайли Фрэнсис Аддерли? Лучшей подруге вампира, который ненавидел их семью? Потому что она была правдивой? Была смелой и отважной маленькой художницей, чьи попытки осветить небольшой уголок тёмного мира лучшего друга.
Кайли необъятна. В ней глубина вселенская. Ею пахнет небо, мечты и цветы на полях. Она была солнцем, а Элайджа отчаянно давно хотелось согреться.
— Это может угрожать вашим жизням? —тихо спросила Кайли.
— Не знаю. И эта мысль меня страшит. Мои братья и сестра не ангелы, я тоже, но…
— Но быть убитыми собственной матерью — это слишком.
Элайджа рассмеялся и, не удержавшись, поцеловал девушку в висок.
— Смотри-ка, уже начинаем заканчивать друг за друга предложения.
До дома Кайли они дошли относительно быстро,
— Не хочу возвращаться домой. Потому что знаю, что там опять все будет сложно. Только ссоры, скандалы, недоверие, мрак.
— Королевская династия, — с сочувствующей улыбкой напомнила Кайли. Элайджа усмехнулся:
— Королевская династия.
Элайджа подмигнул Аддерли, и они вдвоем тихо рассмеялись. До дома девушки дальше они шли в абсолютном молчании. На пороге Кайли неуверенно посмотрела на Майклсона:
— Ты можешь остаться, если хочешь. Я могу пригласить тебя.
— Не надо. Молчи, — холодные мужские руки накрывают девичьи щеки, и Элайджа становится слишком близко. — Я прекрасно понимаю тебя. Просто молчи, Кайли. И дай мне поцеловать тебя наконец.
— Я тебе разве запрещаю?
И Элайджа целует губы, будто это спасательный круг, будто это тот незаменимый воздух, который ему совершенно не нужен, но на данный момент обходим. Он задыхается от этого, как и Кайли, обнимая его, словно он то самое спасение с момента их первой встречи. И это правда.
Ему хотелось высказать все, что он чувствует, но даже сейчас, в уютной, открытой атмосфере — он не мог. Все, что он сделал после, так это легко перехватил ладони Кайли в свои и поднес к губам, легко сжал, улыбаясь. Кайли отвечает ему улыбкой, потому что иначе не может. Она сейчас осознает, что даже если они — не навсегда, она ни капли не жалеет о том, что приехала в тот таинственный и опасный Мистик Фоллс.
— Спокойной ночи, Кайли, — в какой-то момент говорит Элайджа, отстраняясь. Аддерли слабо улыбается и кивает. — Вечер сегодня насыщенный. Отдохни. А завтра мы снова встретимся.
========== О. Мой. Бог. ==========
— О. Мой. Бог.
Деймон устало закатил глаза, но тут же болезненно поморщился. Бросив на тихо хихикающую Кайли уничтожающий взгляд, вампир приложил к голове пакет со льдом и одним глотком допил остатки бурбона.
— Ой, заткнись, — шикнул Деймон. — Елена и Аларик уже вынесли мне мозги.
Кайли, не выдержав, громко рассмеялась. Сальваторе зарычал на нее, но от души веселившаяся подруга этого не заметила, да и из-за нового приступа головной боли это выгладило жалко.
— Деймон, ты переспал с Ребеккой Майклсон, — сквозь смех проговорила Аддерли. — Ты молодец, наконец-то начал правильно выбирать женщин. Она определенно тебе подходит.
Сальваторе ничего не ответил. После того, как Елена застала Ребекку, уходящую из дома Сальваторе понятно-после-какой-ночи, она тут же начала пытаться «вразумить» Деймона, не понимая, что вампир страдает от легкого похмелья и хотя ночь была хорошей, и даже отличной, силы были на нуле. Узнав о планах Эстер Майклсон, перетерпев еще и разговор с Алариком, Деймон направился к Кайли. Телефон сел по дороге и сейчас мирно лежал на столике рядом с телевизором.
Он пошел к Кайли, потому что: во-первых, ему надо было закутаться в плед и потягивать бурбон, ожидая, когда ему станет лучше; во-вторых, ему надо была спрятаться от всего того дерьма, что происходили за дверьми этого милого дома в стиле Тюдоров; в-третьих, ему надо было как-то сообщить о том, что Элайджа, возможно, сегодня умрет, и Деймон не хотел врать Кайли. Ну, и в-четвертых, он был немного голоден.
Кайли сделала вид, что не услышала о том, что всем Майклсонам грозит смерть. Она, как маленького, уложила вампира на диван, притащила бурбон и молча начала его слушать, иногда кривя губы. Конечно, от Деймона не стали скрывать то, что произошло после ухода его с бала — Ребекка рассказала в баре вчера вечером, и Аддерли видела, что Деймону было приятно то, что он услышал.
Единственное, чего хотел избежать вампира — вопросов по поводу своего секса с древней вампирши. Он думал, что потеря крови немного усыпит Кайли, но куда там: ее тяга поговорить никуда не исчезла, напротив, художница только и делала, что потешалась над другом.
Поэтому Деймон закутался в любезно предоставленный ему мягкий плед и недовольно посмотрел на Кайли. Художница сидела на диване, перекинув ноги через Деймона чуть пониже спины вампира, и на ее лице играла веселая улыбка.
— Да, я переспал с Майклсон, — сварливо пробубнил Сальваторе, и его глаза хитро блеснули. — А ты почему нет?
Кайли пихнула его в ягодицы.
— Ой, заткнись, — спародировала она его, и Деймон хрипло рассмеялся.
В абсолютной тишине они посидели еще минут пять.
— Ты ничего не скажешь? — наконец спросил вампир.
— На счет чего?
— На счет планов мамаши первородных убить всех своих детей, — Деймон кое-как перевернулся. В коконе его футболка скрутилась, и лежать стало немного неудобно, но мужчина ловил каждое малейшее изменение на лице подруги. — Что ты будешь делать с этим? Элайджа…
— Я не хотела оказываться между двумя огнями, — перебила Кайли его. — Но оказалась. Я не хочу смерти Майклсонов не только потому, что тогда потеряю того, в кого влюблена, но еще из-за тебя. Деймон, какой бы не был исход, ты умрешь.
— Поэтому ты написала Элайдже? — хмыкнул Сальваторе. В глазах Кайли что-то мелькнуло, а щеки покраснели. — Я слышал, как ты отправляла сообщение…
— Да, я… Прости, я, наверное, не должна была…
— Ничего страшного, — Сальваторе расслабленно улыбнулся. — В конце концов, я буду рад пожить подольше.
Деймон подмигнул Аддерли, и та слабо улыбнулась.
Росмэн в коридоре завозился и залаял, но вскоре, лишь недовольно пыхтя, направился обратно в гостиную, где находилась хозяйка. Он лег около дивана, на котором лежал Деймон, свесив одну руку, лег на спину и требовательно тявкнул, выпрашивая себе порцию ласки. Сальваторе спущенной рукой почесал ему пузо, и бульдог удовлетворённо зафыркал.
В дверь громко коротко постучались. Кайли пихнула Деймона ногой в ягодицы, и вампир, наигранно охнув, свесил ноги. Аддерли встала и пошла к двери. За ней никого не оказалось, зато на пороге лежала черная бархатная коробочка средних размеров, перевязанная серебряной нитью. Туда без проблем мог поместиться небольшого размера ноутбук.
Кайли подняла коробку: она была легкой. Оглядевшись, художница никого не увидела. Человек не смог бы уйти так быстро, и смутные сомнения начали откидывать идеи о том, кто неизвестный отправитель.