— Это Майкл придумал.
— Блестящая идея!
— Да он у нас большой любитель железных кроватей, бронзовых ванн и резных каминов.
— Просто он внимателен к деталям.
— Вероятно.
Некоторое время оба неловко молчали, потом вдруг заговорили одновременно.
Паркер сказал:
— У тебя блузка мокрая. Марис сказала:
— Я прочла первую главу…
— Ну и что скажешь?
— Блузка?..
— Да. Она мокрая.
Марис опустила взгляд. Она была одета в ту же юбку и блузку, в которых приехала на Санта-Анну, и Паркер заметил это сразу, как только она вошла. Весь ее багаж остался в отеле в Саванне, и доставить его в усадьбу не представлялось возможным — во всяком случае, не вчера вечером, когда, поддавшись на уговоры Майкла, Марис согласилась переночевать в гостевом флигеле.
Именно поэтому сегодня ей пришлось надеть то, что было на ней накануне; только жакет Марис оставила в домике, так как утро выдалось по южному жарким. И вот теперь спереди на блузке отпечатался влажный след, в точности повторявший кружевные узоры ее лифчика.
Выпрямившись, Марис нервно свернула страницы рукописи в трубочку, стараясь подавить подсознательное желание прикрыть ими грудь.
— Вчера я постирала кое-какие веши, но они не успели высохнуть.
«Веши, — подумал Паркер. — Она употребила множественное число. Это значит — лифчик и трусики. В чем же она спала?.. Голышом?» От этих мыслей ему неожиданно стало жарко, и он почувствовал, как его лоб покрывается испариной.
— В домике есть калорифер, — заметил он.
— Наверное, это влажность виновата. — Марис неуверенно улыбнулась.
— Наверное.
Их взгляды на мгновение встретились, но Марис сразу же отвернулась. Паркер понял — ему таки удалось ее смутить, и это, пожалуй, было очень неплохое начало. Нет, просто отличное!.. Паркер собирался продержать ее в таком состоянии как можно дольше, надеясь ослабить возможное сопротивление. Жаль только, что Майкл не одобрял его стратегии.
Наклонившись вперед, Паркер вытащил из ее пальцев свернутую в трубку рукопись.
— Ты прочла?..
— Три раза.
Паркер удивленно приподнял брови:
— Вот как?
— Да. И надо сказать — у меня есть несколько замечаний.
— Каких же? — Он обиженно вздернул подбородок.
— Кто-нибудь будет завтракать? — спросил Майкл, появляясь в дверях. Перед собой он толкал ресторанную тележку на колесиках, на которой стояли тарелки с яичницей, беконом и большое блюдо с нарезанной ломтиками дыней. В плетеной корзинке, накрытой полотенцем, лежали свежевыпеченные булочки. В супнице дымился горячий бульон, а в мисках с овсянкой таяли кусочки сливочного масла.
У Паркера, который давно был голоден, рот наполнился слюной, а в животе заурчало; тем не менее он сердито покосился на Майкла, который, как назло, появился в самый неподходящий момент. Паркер, впрочем, был почти уверен, что Майкл подстроил это нарочно.
— Ладно, — проворчал он, — я с тобой потом поговорю.
— О чем? — притворно удивился Майкл, продолжая избегать его взгляда.
— Сам знаешь. — Паркер состроил ему свирепую гримасу, но Майкл и ухом не повел. Поклонившись Марис, он жестом пригласил ее за стол, на котором Паркер иногда обедал во время работы.
— Боже мой! — проговорила Марис, пока Майкл наполнял ее тарелку. — Обычно я завтракаю тостами и кофе!..
Негромко фыркнув, Майкл напомнил ей, что завтрак — это наиважнейшая из трех дневных трапез, так как от него зависит настроение на весь день.
— …Как полопаешь, так и потопаешь. — Этим высказыванием он закончил свое короткое назидание, и лишь некоторое время спустя до Марис дошло, что Майкл слегка переврал известную пословицу.
— Возьмите булочку, Марис, а я налью вам бульона, — предложил Майкл. — Бульон из баранины, но я думаю — вам понравится.
Вот уже несколько лет Марис старалась избегать жирной пищи. Не то чтобы у нее были проблемы с весом или с сосудами — просто в Нью-Йорке считалось дурным тоном не заботиться о своем здоровье, поэтому вкус бульона — довольно жирного и приправленного какими-то незнакомыми специями — был ей незнаком. Впрочем, после нескольких ложек Марис поняла, что перед ней удивительно вкусная вещь.
— Вы так едите каждое утро? — спросила она, когда ее чашка опустела.
— Нет, просто сегодня — особый случай, — ответил Майкл.
— Он пытается произвести на тебя впечатление, — заметил Паркер.
— Что ж, ему это удалось. — И Марис улыбнулась Майклу такой улыбкой, что Паркер испытал что-то вроде приступа ревности.
— Было бы лучше, если бы вместо булочек ты принес ей фен, — проворчал он, низко наклонившись над своей тарелкой.