— Привет, — машинально ответила я, недоумевая над его стремлением пообщаться со мной.
— Слушай, — заговорил он, при этом смотря на меня так, словно мы с ним давние закадычные друзья, — это правда, что ты вчера с Валевским на его тачке каталась? Я видел, что он к нам вечером заезжал, но не поверил, что ты с ним в машине была. Это очередные сплетни или реально правда?
— Это правда, — сухим тоном ответила.
— Ну и вкус у него, — тихо пробормотал он себе под нос, но я всё прекрасно расслышала.
— Ты что-то хотел от меня? — холодно спросила я его, останавливаясь на ступеньках.
— Да вот, думал узнать лично от тебя про твои отношения с ним. В окно увидел, что он к общаге шёл. Глазам не поверил, что такое возможно, да ещё после ваших вчерашних покатушек.
— А тебе какое дело до наших отношений?
— Чего ты такая агрессивная? — обаятельно заулыбался Антон. — Я всего лишь хотел пожелать тебе удачи с ним. Нам, выходцам из низших классов общества, следует быть на одной стороне. Помогать друг другу. Я могу дать тебе пару советов, как крепче привязать к себе этого наследничка.
— Спасибо. Я как-нибудь сама с такой задачей справлюсь. — Пока я отвечала Антону, мимо нас по лестнице прошла вниз Вера. Кивнув ей, я продолжила говорить: — Ты лучше за себя переживай, парень. Как бы ты свою красавицу Яну не потерял. Я, конечно, ей сочувствую, что она не видит, в кого влюбилась, но только пусть лучше ей такое счастье достанется, чем моей подруге.
Антон самодовольно рассмеялся:
— Не переживай, не потеряю! — И он пошёл вниз, а потом, словно вспомнив что-то, остановился и посмотрел вверх, на меня, весело сверкая красивыми голубыми глазами: — Да, если он тебя, как других, кинет, приходи ко мне — утешу.
— У тебя ж девушка есть, совесть не мучает такое другой предлагать? — с укором ответила я ему.
— Моя красотка до маразма правильная, трахнуть её до свадьбы не даст. А я не монах, ведь ещё три года терпеть. — Он окинул меня оценивающим взглядом. — Мне до чёртиков интересно, что же такого в тебе нашёл Валевский?
— Тебе этого никогда не узнать, — отрезала я.
Антон снова беззлобно рассмеялся и, насвистывая, продолжил спускаться по лестнице.
Вот же мерзкий тип! Я просто обязана спасти от него свою подругу. Да и девушку Яну жалко. Это лицемер обманом влюбил её в себя. Как же ей потом будет больно, когда она прозреет и поймёт, что он совсем не тот человек, которого она полюбила, и настоящей виновницей её несчастья является Новикова. Как спрут, она везде свои щупальца запустила. Обрубить их одним махом вряд ли получится. Значит, постепенно избавлюсь, по одной.
Каково же было моё удивление, когда, выйдя на улицу, я увидела, что Радим меня не один ждёт, а в обществе Веры. Рыжеволосая подруга Нины стояла рядом с моим парнем и что-то говорила, обратив к нему полные надежды голубые глаза. Будучи выше меня больше чем на голову, ей не требовалось становиться на цыпочки, чтобы заглядывать ему в лицо, ожидая ответа. Валевский же смотрел куда угодно, но только не на девушку. Его отрешённый взгляд скользил по окнам общежития, и мне даже показалось, что он мысленно гадает, кому из жильцов какое окно принадлежит, — настолько больше интереса он проявлял к своему занятию, чем к Паничевой. Потом он заметил меня, и его карие глаза просияли от радости. Вера с удивлением проследила за его взглядом и тоже увидела меня. Ей бы уйти, но она осталась стоять на месте, наблюдая, как я подхожу к ним.
— Ну что, получила от Заливацкого совет, как крепче привязать к себе богатого парня? — недолго думая, выстрелила в меня ревнивым ядом подружка Нины.
Наивная и бесхитростная, она искренне полагала, что случайно подслушанный мой разговор с Антоном даст ей преимущество передо мной и поможет привлечь внимание этого парня. Неужели мои вчерашние слова о том, что он умный человек, ей ничего не объяснили?
— Я и без его подсказок знаю, как это сделать, — невозмутимо ответила я, а Радим на мои слова только нежно улыбнулся.
— Ты единственная, у кого это действительно вышло, — шагнул он ко мне и, обняв за талию, прижал к своему телу. — Привязала меня к себе так крепко, что уже никогда не вырваться. — Нагнулся с намерением поцеловать, но я сама поднялась на цыпочки, быстро чмокнула его в гладковыбритую и пахнущую дорогим ароматом лосьона щёку. Демонстрировать отвергнутой несчастной девушке наш с ним более страстный поцелуй мне не хотелось. С неё и его ответа более чем достаточно. Вера смотрела на нас широко распахнутыми глазами. По выражению её лица легко читались все её мысли: она отказывалась верить в то, что видит. И не только она.
— Да ну на хер?! — потрясенно воскликнул за моей спиной чей-то голос, очень сильно напоминающий писклявый голосок Климова.
Радим выпрямился и с недоумением посмотрел на парня с высоты своего роста.
— А это ещё кто такой?
Я обернулась. Точно — Витёк. Подходя к нам, он с изумлением переводил взгляд то на меня, то на Валевского. Наконец его глаза остановились на моём лице.
— Я не знаю его, — ответила я Радиму, в принципе говоря правду. До того случая, когда Климов заявился на кухню со своими поползновениями ко мне, я даже не знала, как его зовут.
— Это тайный воздыхатель Зайченко, — пояснила Вера не без злорадного удовольствия.
— Кто?
— Кто?! — почти одновременно с вопросом моего парня воскликнул полный негодования Климов. — Ты что несёшь, курица?! Чтобы я запал на эту… — Климов резко смолк, так как поймал холодный предостерегающий взгляд Валевского. А потом его губы растянулись в противной наглой ухмылке, показывающей, что он настолько тупой, что совсем не понимает, с кем имеет дело: — …подстилку, — закончил он своё предложение с неким глумливым торжеством.
Радим достал свой смартфон и, быстро набрав какое-то сообщение, направил камерой на Климова, сделав его снимок.
— Сейчас я сам узнаю, кто этот гномик и откуда он набрался такой смелости, — произнёс он с кривой улыбкой во время своих манипуляций с гаджетом.
Из общежития выходили ещё люди. Знакомые и не очень парни и девушки останавливались недалеко от нас, с любопытством поглядывая в нашу сторону. Побагровевший от злости Климов, невозмутимый Валевский и я между ними. Сцена выглядела крайне интересной для стороннего наблюдателя. Только мне от всеобщего внимания было совсем неспокойно, так как я знала, что Радим на самом деле не получает удовольствия от скандальных сцен на публике.
— Мне терять нечего и бояться нечего! — с пафосом изрёк Витёк.
— Неужели? — насмешливо ответил ему Радим. Открыв пришедшее на его смартфон сообщение, он бегло прочитал его про себя, а потом с издевкой в голосе, проговорил вслух: — Виктор Климов, двадцать лет. Студент первокурсник экономического факультета. Родителей нет, находится на иждивении у родной бабушки. До десяти лет посещал детскую спортивную секцию бокса. — Радим оторвал взгляд от экрана смартфона и посмотрел на Климова. — Ты от того такой смелый, что в детстве кому-то нос разбил?
— Я и сейчас могу любому навалять! — огрызнулся Виктор, но чувствовалось, что от того, как Валевский быстро нашёл информацию по нему, парню стало немного не по себе.
— А разница в весовой категории тебя не смущает? — насмешливо парировал ему мой парень. — Или у тебя скрытые суицидальные наклонности? Побереги здоровье и извинись перед моей девушкой, пока я жалею твою бабулю-пенсионерку.
— И когда же Зайченко успела стать твоей девушкой? — сам себя заводил Климов. — Ещё пару дней назад она была ничья, её все подряд в общаге трахали, а теперь она твоей заделалась?!
У меня от возмущения дыхание перехватило. И я уже было, открыв рот, шагнула к нему, чтобы высказать наглому клеветнику всё, что я о нём думаю, как Радим резко дёрнул меня обратно, вернув в свои объятья, прижал спиной к твёрдой груди. Я тут же успокоилась, полностью отдавая приоритет в его руки. Пусть мой мужчина сам разбирается с ним, как захочет. Я тихо подожду.
Обстановка накалилась не на шутку. Вокруг нас уже столпилось чуть ли не всё общежитие.
— Витёк, не трепи языком того, чего не было! — раздался из толпы собравшихся вокруг нас зевак голос неизвестного парня.
— Девчонка не стоит того, чтобы с Валевским ссориться! — также крикнул ему кто-то, но я по голосу узнала, что это был его дружок — Витька Дубинин.