— Милая, там совершенно пусто, — улыбаясь отвечал ей Иван, — до сегодняшнего дня мы не приводили сюда никаких девушек. Ты никаких следов их присутствия не найдешь.
— А разве на незастеленной кровати заниматься сексом нельзя? — подходя к Ивану для рукопожатия, сыронизировал Макс и тут же получил легкий шутливый удар в живот. Лицо Максима страдальчески скривилось, изобразило гримасу настоящей боли. Он схватился руками за живот и упал на одно колено, точно его ноги перестали держать. Дрожащая рука потянулась к Ивану, а голубые глаза наполнились слезами разочарования и отчаянья от такого подлого предательства.
— За что? — всхлипнул он, так натурально, что Иван едва сдержал себя, чтобы не пнуть его в ответ ногой, а Радим подарил ему аплодисменты. Макс поднялся и как актер на сцене после сыгранной им роли всем раскланялся.
Захар вернулся на свое место у мольберта.
— Приступим к делу, — обратился он ко всем присутствующим. Его друзья перестали дурачиться, и расселись в зоне отдыха. Милана села к мужу на колени, из чего можно смело делать вывод, что пара давно помирилась и ее странное, на мой взгляд, поведение, это очередной способ показать своему мужчине любовь. Типа, ревнует. Наверно Ивану, такое приятно, раз он довольно и счастливо выглядит. Про себя порадовалась, что Радиму моя ревность, как доказательство чувств к нему абсолютно не нужна.
— Немного поразмыслив… — начал свою речь Захар, но Макс его шутливо перебил.
— Ничего себе немного! — хмыкнул он, — мы за то время пока ты думал, четыре пиццы успели умять.
— Я поменял свою стратегию, — словно не заметив выпада друга, продолжал говорить Захар, — мы все в ее глазах плохие и испорченные деньгами парни, и разубеждать ее в этом бесполезно. Тем, более, что репутация некоторых из нас это подтверждает.
— Спасибо, за напоминание, — недовольно буркнул Радим, — а то я как — то об этом забыл.
— Привлечь ее к себе мне нечем, — голос Захара звучал сухо и по деловому. Но все равно чувствовалось, что его задевает то, что он говорил, — а значит бесполезно стараться в этом направлении. Заливацкий выставил нас плохими парнями, значит, мы такими для Яны и будем.
— А смысл, какой в этом всем? — спросил Макс, — мы все плохие, Антон белый и пушистый. Ты по его словам вообще гей. Ракушка Яночка радуется, что ее Антоша не вхож в такую плохую кампанию, что он бедный хороший парень.
— Только вот, Заливацкий очень хочет попасть в такую плохую кампанию, — медленно произнес Радим, уловив смысл идеи Захара.
Захар взял в маркер и вычеркнул в графе Антона слово «умный».
— Будем приглашать его на все тусовки, какие только возможно и он не откажется, — подхватил мысль друга Макс, — парень очень любит халяву.
Захар нарисовал стрелочку напротив зачеркнутого слова и написал слово «Корыстолюбивый».
— Я возьму на себя все его расходы, — предложил Радим.
— Нет, — резко возразил Захар, — оплачивать должен я. Я ведь девушку соблазняю, а не ты.
Радим соглашаясь, молча кивнул.
— Катя, — обратился ко мне Захар, — твоя подруга согласилась рассказать Яне, о том, как он обещал жениться на ней, как клялся ей в вечной любви, напомнишь ей об этом, хорошо?
— Напомню. Маше самой не терпится встретиться с Яной. Вы главное при их встрече ее за руки держите, чтобы она не кинулась таскать соперницу за волосы. Маша очень эмоциональный человек.
— Захар Яночку собой прикроет если что, — посмеялся Макс, — зачеркивай слово „верный” — обратился он к другу, — если с Машей не сработает, то наймем профессионалок, чтоб около него прелестями покрутили.
— Думаешь, он не устоит? — скептически отнесся к идее с проститутками Захар, — он ведь не настолько тупой, чтобы при Яне на шлюх повестись. Да и вообще, как можно владея такой красотой на других смотреть?
Можно, Захар, можно. Мысленно ответила я ему, вспомнив, предложение Антона прийти к нему за утешением. Он ведь мне не сказку на ночь предлагал почитать и не по головке погладить. Это для тебя дикость изменять любимой женщине, а для Антона пара пустяков. Так, что идея Макса вполне может сработать. И Яна увидит, что ее парень не такой уже и верный. Не однолюб, как ее отец.
— Ладно, — вздохнул Захар, вычеркивая слово «верный» — понадеемся на чудо.
— Это все понятно, — заговорил Иван, — покажем девчонке, что ее бедный принц ни чем от плохих парней не отличается. А, твоя роль в этом деле какая, если она все равно не увидит, какой ты клевый парень?
— Увидит, — загадочно улыбнулся Захар, — я стану для нее самым лучшим из всей нашей кампании. Самым милым и верным другом. Тому, кому она сможет безоговорочно доверится, о ком будет знать все.
— И как же ты это сделаешь? — Подозрительно сузились голубые глаза Макса, — разве ты забыл, с какой неприязнью она на тебя смотрела, когда мы к ней в булочную наведывались?
— Не забыл, — ответил ему Захар, — и поэтому я для нее стану геем.
Глава 34
Так поздно я еще никогда не возвращалась в общежитие. Благо минули те времена, когда двери запирались после одиннадцати, и попасть внутрь без взятки коменданту было невозможно. Груженая пакетами с покупками, я с надеждой подошла к лифту, но мечты о том, что он работает ночью, остались несбыточными. Пришлось подниматься пешком. Мне почему-то всегда казалось, что ходить на высоких каблуках слишком сложно и не удобно. С прискорбием пришлось признать, что удобство обуви целиком и полностью зависит от ее цены. Мне в моих дутых лыжных сапогах было сложнее перемещаться по ступенькам, чем в новых с высоким голенищем и подошвой танкеткой, поднимающей меня над землей почти на пятнадцать сантиметров, модельных сапожках. И теперь у меня вся обувь такая. Дорогая, удобная и красивая. Радим мне сделал кучу подарков, а я так и не сообразила, что можно ему в ответ подарить.
Я завернула на свой этаж, ожидая, что в коридоре будет погашен свет, так как время уже позднее и все девчонки должны были спать, но ночным покоем на четвертом этаже не веяло. Со стороны кухни слышалась музыка, хоть и приглушенная, но намекавшая на то, что там проходит скорее всего пижамная вечеринка. Мои соседки частенько такое любили устраивать. Справедливо решив, что Маша, вполне может быть там, а, мне с ней хотелось о многом поговорить, я завернула в противоположную от моей комнаты сторону коридора и пошла на кухню. Эффект от моего появления был крайне неожиданным, как для меня, так и для всех участников вечеринки. За те несколько секунд, что я простояла на пороге, ища глазами подругу, я успела отметить, что главным организатором посиделок являлась Лариса Новикова. На выдвинутом в центр кухни столе, стояло несколько бутылок дорогого игристого вина, а именно той марки, которую любила пить моя соседка. Остатки фруктовых нарезок и торта свидетельствовали о том, что вечеринка уже длится довольно давно. Нина, Вера, еще несколько старшекурсниц, все девушки выглядели веселыми, а Новикова при этом бала еще радостной и счастливой. С чего вдруг такой праздник она закатила? А Маша, сидевшая за общим столом, почему-то не была оживленной. Вид у нее грустный и поникший.
— По какому поводу праздник? — подала я голос и тут произошла немая сцена. Если бы не звучавшая музыка, то можно смело сказать, что наступила гробовая тишина. Все уставились на меня, как на привидение и от этого, создалось впечатление, что, отмечали мои похороны. Маша вскинула на меня взгляд и как все присутствующие быстро оценила мой внешний вид, отметила наличие новых сапог и полные руки ярких цветных пакетов. От увиденного подруга неуверенно, но все же заулыбалась. Нина и другие девушки недоуменно переглядывались, а Лариса побледнела. Ее счастливая улыбка медленно сползала с лица.
Маша вскочила и подбежала ко мне.
— Катя! — вскричала она, в порыве эмоций, — где ты была?! Я вся извелась, пока тебя ждала! Где твой телефон?! Ты, видела, сколько раз я звонила?! Все твердят, что тебя Валевский после того, как узнал, что этот Лысенко наговорил, бросил! Что ты с ним уехала с пары, и он тебя…он, а потом бросил, вот! — выдохнула Маша, — это ведь не правда? — с надеждой прозвучал ее голос.