– Мой друг никогда не целовал женщину, – прошипел от ненависти, теряя самообладание, – брезговал прикасаться к вам, шлюхам, своими красивыми губами, а тебя вчера так легко решился поцеловать! Оторваться от тебя не мог. Ты кто такая, черт возьми?! Откуда ты взялась, мелкая дрянь?! Вокруг столько людей, которые любят его, а он выбрал первую встречную! Почему из-за тебя я должен теперь потерять его?!
«Что этот ненормальный говорит? Он настолько ревнует ко вчерашнему поцелую, что умом за ночь двинулся? Что вообще происходит? Откуда он знает, как именно Радим вёл себя во время нашего поцелуя».
– Отпусти меня, больной! – скрывая свой страх, потребовала я. – Если ты посмеешь меня тронуть, то Валевский сразу узнает, что ты только прикидывался его другом, а сам на самом деле всё время мечтал о нём, как о любовнике.
– Тебе это Лариска рассказала?! – потрясенно выдохнул Стас у моего виска свой вопрос. – Вот сука! – прорычал он. – Мы же с ней договаривались, что никто об этом не узнает. Я согласился помогать ей только поэтому. Обещала, гадина, что поделится со мной его любовью, если я сделаю всё по её плану.
Стас надавил на горло, закидывая мою голову вверх, чтобы я могла увидеть его склоненное надо мной лицо.
– Тогда я и про неё тебе тоже расскажу кое-что! – мстительно произнес он. – Я после Радима всегда всех его шалав имел. Не знала этого? Лариска такой информацией не поделилась, что была одной из них? Что думала, что уже заполучила его, а он её как последнюю потаскуху опустил, – с неким сумасшедшим торжеством сообщил он, заметив мое потрясение от услышанного. – А у меня даже с ней это было так, словно я через вас, бля*й, прикасаюсь к нему. Ведь по-другому он мне никогда не позволит. Но мне и этого было достаточно! Ведь я знал, что он больше не в состоянии влюбиться в женщину, что он может только вас использовать для нужды и ничего более, пока не появилась ты! Пусть он меня потом убьет, но я должен узнать, что в тебе такого особенного!
Глава 15
Пока Сиротин с чувством произносил всё это, сзади за нами послышались чьи-то шаги, и кто-то заговорил с ним, спускаясь вниз по лестнице и ещё не видя происходящего.
– Стас, я взял твои джинсы и рубашку, – сообщил чей-то мужской голос. – У тебя точно брюк нет?
А потом обладатель голоса заметил происходящее и возмущенно крикнул:
– Эй, ты что творишь?! А ну руки убери от неё!
И от этого окрика Сиротин, вздрогнув, побледнел, страдальчески скривился, но отодвинул от меня свое лицо. Если бы не случайный свидетель, Стас бы меня поцеловал и может быть даже хуже.
– Ты совсем сдурел, придурок?! – безжалостно ругал его неизвестный человек. Сиротин продолжая меня силой удерживать, мешал посмотреть в сторону лестницы.
– Ты чего, урод, удумал?! Тебе потаскух вокруг мало? Зачем чужую девочку к себе насильно прижал? Жить надоело?!
– Радим всегда со мной делился, – жалостливо залепетал Стас, в отчаянной попытке оправдать себя, почему-то приплел к теперешней ситуации Валевского.
– Не в этот раз, идиот! – рубанул незнакомец и Сиротин сдавшись, резко отпустил меня.
Поникший, он вернулся к дивану и рухнул на него без сил, а я посмотрела на своего спасителя и похолодела…
Высокий темноволосый парень с красивой широкоплечей фигурой был полураздет. Белая рубашка на нём распахнута, а незастегнутая ширинка на джинсах открывала место с темной порослью волос ниже пупка. Казалось, он только что с постели встал и ещё не успел привести себя в порядок.
Заметив мой потрясенный взгляд, он смущённо улыбнулся и торопливо застегнул молнию на штанах.
А у меня всё поплыло перед глазами от ужаса. За один миг многое вспомнилось. Словно один вид этой белой распахнутой рубашки на мускулистом торсе разом пробудил все обрывочные картинки воспоминаний прошлой ночи.
Вспомнила, как выпила напиток Стаса, как меня отвели наверх, в спальню, и как этот мужчина насиловал меня. И лицо незнакомца в белой рубашке неразличимое вчера в полутьме спальни теперь чётко приобрело в памяти черты стоящего передо мной парня.
«Я не была на это согласна! Я не хотела!»
А Валентин, а это был именно он, улыбался мне, как будто между нами ничего не произошло.
– Ты чего так рано вскочила девочка? – обратился он ко мне ласково. – А ну, вернись назад в тепленькую постельку. Нельзя своего парня оставлять одного. Он может подумать, что потерял тебя.
– Парня?! – обомлев от такой беспринципной наглости, ахнула я, отступая спиной назад, подальше от него. – В кроватку?! Вернуться к насильнику в постель?! Ты в своём уме?! – едва не плача от обиды, в ярости выкрикнула я.