— Это как же? —насторожился один профессор очень почтенного возраста. Он всю свою карьеру посвятил изучению семейства графов Мальцевых и какие-то изменения в общепринятых исторических фактах, вызывали в нем беспредельную тревогу. В своем преклонном возрасте он понимал, что сил на новые факты у него уже не хватит.
— А вот так! — ответил Артемасов ничуть не жалея почтенного историка. — Я изучил десяток, ранее скрытых от нас писем, и пришел к выводу, что графы Мальцевы были лишь на третьих ролях.
— Да не может такого быть! —уже не на шутку рассердился почтенный профессор.
— Может! Может! — продолжал Артемасов. — За спиной братьев Мальцевых долгое время стояли два других семейства.
— Не правда, — настаивал почтенный профессор.
— Так вот, — проигнорировал его замечание Артемасов. — Как только стало понятно, что над братьями Мальцевыми будет суд, эти два семейства постарались уничтожить все документы о причастности к ритуалам…
— И что же это за семейства, Артемасов? —вмешался еще один профессор.
— Уж не Меньшиков ли? —добавил другой и все рассмеялись.
— Нет, — твердо произнес Артемасов. — Семейства ответственные за ритуалы и жертвоприношения… Это семейства Ферниш-Грион и Вератти!
— Вздор! — вскрикнул почтенный профессор. — Я всю жизнь их изучал…
— Да не может такого быть…
— Быть такого не может! —прокатилось среди аудитории.
Услышав фамилию Вератти, насторожился и Феодор Афанасьевич, но услышав сомнения со стороны других историков, его чуть попустило.
— Так вот! — продолжил Артемасов. —Думаю вам не надо объяснять и рассказывать про Аркадия Аркадьевича Ферниш-Гриона, после которого сия фамилия и разделилась…
— Можно здесь поподробнее, —произнес Феодор Афанасьевич и снова почувствовал на себе недоумевающие и даже презрительные взоры. Судя по всему о разделение семейства Ферниш-Грион в зале было известно всем, кроме Пропажи.
— Только кратко! Для неучей! —недовольно произнес Артемасов. —Семейство Ферниш-Грион разделилось на две части, после того, как глава семейства Аркадий Аркадьевич, перед самой своей смертью вложил все свои деньги в какой-то сибирский завод, который впрочем прогорел… В связи с данным обстоятельством, все его наследники отказались носить двойную фамилию. После чего половина из них стала Фернишами, а вторая Грионами. Дальше всем известно, что через пару поколений Ферниши канули в небытие, а Грионы напротив стали очень богатыми мануфактурщиками… Кстати еще одно дополнение из моего нового исследования… Когда Грионы сосредоточились на своих мануфактурах… Ферниши продолжили ритуалы Аркадия Аркадьевича… Точнее братьев Мальцевых... Я сбился… Все из-за неучей…
— Ты давай не увиливай Артемасов! —снова вмешался почтенный профессор. —Где доказательства причастности, Вератти и Ферниш-Грионов к ритуалам братьев Мальцевых?!
— Ах, да! — воскликнул Артемасов и достал из своего рюкзака какие-то стеклянные коробочки.— Письма! Я принес лишь несколько, но их гораздо больше… гораздо больше...
— Письма?— насторожился почтенный профессор.
Артемасов начал передавать по рядам аудитории, стеклянные коробочки, внутрь которых, были вложены фрагменты старых писем, при этом лектор повторял:
— Вот Юсуповы… Нарышкины… И даже Строгановы!
— Похоже подлинники…
— Очень похоже, —проносилось по рядам.
Пропажа тоже старался разглядеть старые письма под стёклами, но ему не хватило навыка, чтобы прочитать даже строчку, зато Феодор Афанасьевич обратил внимание на почтенного профессора, тот просмотрев, предоставленные Артемасовым факты, сразу как-то поник.
— Но самое интересное даже не в причастности Аркадия Аркадьевича Ферниш-Гриона… Мы все знаем каким мрачным типом он считался среди дворян, —еще более вдохновенно продолжал Артемасов. — Самое интересное, что Полина Вератти, которая, как мы все знаем была помолвлена с графом Сергеем Мальцевым… Вот эта самая Полина Вератти, была более одержимой во всех этих ритуалах, даже чем ее будущий муж! Который прощал ей многое! Простил измену и чужого ребенка! Но Полина зашла столь далеко в своих колдовских мерзостях, что во время одного из жертвоприношений над бедными крестьянами, ее саму закололи ритуальным кинжалом!
— Вот это точно вздор! —вскочил со своего место Пропажа.
— Одобряю,— тихо-тихо произнес почтенный профессор.
— Почему же вздор?! —ухмыльнулся Артемасов.
— Полина Вератти благородная… была благородной девицей, — запинаясь произнес Пропажа.