— Ага, с чужим ребенком на руках! —рассмеялся Артемасов, а вместе с ним еще несколько профессоров.
— Какие у вас доказательства, что Полина Вератти участвовала в жертвоприношениях?! —сердито спросил Пропажа.
— Я же показал письма! —воскликнул Артемасов. —Видно вы настолько неуч, что не способны прочитать даже почерк, написанный рукой Юсупова, куда уж позорнее!
После этих слов рассмеялся весь зал, детектив заметил, что даже почтенный профессор подхихикнул.
— Знаете что, —насупился Феодор Афанасьевич, который понял, что ему не вывезти спор с профессором Артемасовым.— Один археолог из музея истории кораблей просил вам передать: что вы редиска.
— Опять этот музей истории кораблей, они все злятся, что мы у них забрали верейку братьев Мальцевых!
— Наверное логично, — не стал останавливаться Пропажа. —Ведь лодка начала восемнадцатого века и должна находиться в музее истории кораблей!
— Если бы она не принадлежала братьям Мальцевым!— воскликнул и развел руками Артемасов. —Вы поймите это необычная лодка! Братья Мальцевы строили ее специально для своих ритуалов! Они считали, что эта лодка, единственное средство, которое может вывезти заблудшую душу из загробного мира!
— Заблудшую душу? — удивился Пропажа.
— Я пока еще не разбирался в этой теме досконально, —немного раскраснелся Артемасов, боясь показать свое незнание перед другими профессорами. —Очень мало источников, а те что есть… испорчены временем… бумаги… чернила… Я не хочу говорить голословно, но эта лодка может быть связана с пророчеством о конце света… как и тот амулет, что я упомянул в своей последней работе… тот амулет, что принадлежал Полине Вератти…
— Это какой-то сюр, —сердито пробормотал Феодора Афнасьевич, но в глубине своего разума, он действительно насторожился. При этом вслух повторял: —Это какой-то нонсенс! Какие-то вы глупости рассказываете, профессор.
— Я глупости рассказываю?! Я... —рассердился Артемасов. Вдруг у Пропажи зазвонил телефон. — Здесь звонки запрещены, так что я вас выгоняю!
Артемасов кричал уже вдогонку Феодору Афанасьевичу, тому звонил Калинин, вызовы которого, детектив в последнее время старался не пропускать.
— Алло, слушаю!
— Федот!
— Да! У тебя что-то срочное?!
— Возможно…
— Что за возможно, Калинин?!
— Пришли результаты от криминалистов!
— Блин, какие еще результаты?!
— Новые результаты!
— По какому делу?!
— Как это по-какому?! По убийству Старообядцева!
— И что там нового?
— Приехал опытный эксперт из главка в Москве! Он утверждает, что смертельный удар Старообрядцеву нанесли левой рукой!
— Левой рукой?! — напрягся Пропажа… и тут в его памяти вспыхнуло… Он вспомнил как возле усыпальницы, потомок Полины Вератти начеркал записку с каким-то непонятным номером… он писал левой рукой…
— Федот! Ты помнишь я тебе рассказывал про убийство моего шурина?!
— Выстрел был произведен с левой руки!
— Еще кое-что! Я ошибся тогда! Сказал про Новосибирскую область! Его на самом деле убили на охоте неподалеку от Ермаковского! Есть еще кое-что…
— Не тяни, Калинин!
— Та земля, те охотничьи угодья возле Ермаковского! Они принадлежат некоему Антону Антоновичу Вератти! Тебе о чем-нибудь говорит это имя?!
— Вератти?!— переспросил Феодор Афанасьевич.
— Да! Вератти!
— Я тебе перезвоню.
Пропажа повесил трубку. Он увидел, что профессора, один за другим, выходят из конференц-зала. Детектив вернулся в помещение и попытался заговорить с Артемасовым, выяснить подробности его новых открытий. Но лектор был слишком зол на нагловатого слушателя, что оскорбил его во время вдохновляющего рассказа. Он ни в какую не захотел разговаривать с Пропажей. Детектив пытался настоять на своем… но самолюбивый профессор, быстро ретировался, он не терпел возражений (особенно от неучей), при этом дал надежду Пропаже, что расскажет ему подробности, но сам выйдя... будто в туалет, спустился по запасной лестнице исторического музея и уехал домой. Пропажа прождал с полчаса, после чего понял, что с Артемасовым ему не поговорить… по крайней мере сегодня…
Пропажа долго бродил по центру Петербурга. Он, то сворачивал с Невского проспекта на Литейный, то возвращался обратно. Затем детектив вышел к Михайловскому замку, потом побрел по Фонтанке… в сторону Достоевской… по тем кварталам, где когда-то бродил Раскольников… но персонаж преступления... был выдуман… Только зачем?
«После исчезновения Максима Иванова, она сразу же продала ипотечную квартиру на Энгельса и переехала в центр! Зачем она тогда поперлась ко мне в офис на север города?»— вдруг подумал Пропажа. Детектив вспомнил про Иванову Клавдию Сергеевну… «Ведь она живет где-то здесь на Разъезжей улице!» — будто осенило его.