Были впрочем и неплохие новости. Первую партию Горынычей, во главе с женой Альберта Гриона, приговорили к максимальным срокам. Заседание было открытым и Пропажа прямо у себя дома наблюдал его через интернет… но конечно в целом, Феодор Афанасьевич сейчас думал совсем о другом… Он настоял, чтобы его бывшая жена вместе с детьми уехала на время в Сочи, причем детектив без колебаний оплатил месячную поездку... Сам Пропажа, выходя из дома, не расставался с наградным пистолетом… Пусть это и было незаконно… но Феодор Афанасьевич решил: «Будь, что будет!»
У Пропажи снова сломалась машина. Данное обстоятельство почти что отбило желание ехать на дачу, но детектив все же переселил себя и решил добираться на электричке. Он вышел из дома утром, в восемь часов. В этот ясный сентябрьский день, солнце будто вернулось в июльское состояние. Было жарко, хоть и чувствовался осенней ветерок. Проходя между двумя хрущевскими пятиэтажками и отправляясь к метро на Гражданский проспект, Феодор Афанасьевич почувствовал неладное. Будто за ним снова следили.
Пропажа медленно ехал вниз по эскалатору, пропуская вперед себя, словно обезумевших от спешки, граждан. Детектив, снова и снова, ощущал странное покалывание на своем затылке. Спустившись на платформу, он пропустил несколько поездов. Феодор Афанасьевич внимательно следил за сменой пассажиров. Не обнаружив никого подозрительного, Пропажа сел в вагон метро и поехал на железнодорожный вокзал.
Выйдя к пригородным поездам, Феодор Афанасьевич долго бродил по перрону. Электричка отходила только через пятьдесят минут. Внутри было достаточно свободных мест. Детектив прыгнул в вагон перед самым отъездом.
«Поезд идет до станции 74-й километр!» — разнеслось по громкоговорителям. Электричка тронулась на юг. Феодор Афанасьевич занял место, по ходу движения.
Вагон медленно тянулся по промышленной зоне смешанной с новой городской агломерацией гигантских домов. С каждым километром многоэтажки становились все выше и выше. Начиналось все скромно, с четырнадцати этажей, неподалеку от центра, а заканчивалось — колоссальными монстрами, в двадцать пять блочных коробок, наложенных друг на друга, каждая, на почти сотню метров ввысь. Они протягивались, на все южные окраины города, вдоль и поперек. Словно улья… Электричка медленно ползла вперед... Доехав через час до лесного массива, машинист передал объявление по всем вагонам: «Техническая остановка! Техническая остановка — двадцать минут!»
— Проныркин! — удивленно произнес Феодор Афанасьевич, посмотрев на проходящего через вагон человека. —Ах, ты негодяй!
— Стойте!—попытался вырваться бывший помощник из захвата разъяренного частного детектива, но Пропажа схватил того крепко.
— Попался гадёныш!
— Феодор Афанасьевич! Вы не понимаете! Пустите! — кричал Проныркин. Наконец молодой человек смог выбраться из захвата, а потом засадил детективу по печени. Удар был слабоват, но все равно Пропажу перекорежило. Проныркин выбежал из вагона на перрон…
Пропажа отдышавшись, устремился за ним. На вытянутом перроне началась погоня… электричка тронулась и недоумевающие пассажиры увидели следующую картину: Двое, один за другим, пробежали мимо небольшой стелы, на которой был выгравирован загадочный знак, где кинжал насквозь протыкает змею. Двое бежали дальше… Они пересекли весь перрон, почти до самого края, на котором виднелось, длинное и наполовину разрушенное кирпичное здание...
Загорелась свечная люстра… Пропажа сделал два шага вперед и вытащил из кобуры свой наградной пистолет… Внутри вытянутого зала стоял Проныркин и несколько бугаев… Все, как один в синих джинсах и черных майках… У всех бугаев были татуировки: кинжал протыкающий змею насквозь… Вперед вышел сгорбленный старик в черном балахоне… Он окинул взглядом Пропажу… Сжал руку в кулак и произнес:
— Брось пистолет!
— Я помню тебя, — проговорил Пропажа и нацелился на сгорбленного старика… Тот разжал свой кулак и поток мощной светящейся энергии отбросил Пропажу к стене… после чего, детектив потерял сознание...