Мы выскочили на открытую поляну, аршинов в триста, и лихо пресекали ее. Когда нас почти скрыли новые дебри, заботливо укрывая, грохнул выстрел. Я вздрогнула и упала, потянув за собой Антипа. Он устоял, крепче перехватив мою руку, в мгновение поднял меня, и вновь - наутек. Я задыхалась, ноги совсем ослабли, но сказать об этом ему не хватало сил. Он бежал, не пытаясь путать след, таща меня глупую, изо всей мочи, пытаясь оторваться. - Слушай меня и не перечь, - на бегу заговорил он. – Скоро мы уткнемся в реку.
Берег высокий и каменистый. Повернешь влево, на самом камне увидишь сосну, небольшую. За ней лаз, ты легко пролезешь в него. Внутри – пещера, в ней и схоронишься. Да не высовывайся, смотри! Я спущусь вниз, к реке. Нужен им я, за мной они и пойдут. Обходить больше версты, я выиграю время. Все поняла? - Ему пришлось повторить вопрос громче, я не сразу дала ответ, думая о том, что сейчас наши руки разнимутся: - Сосна, за ней лаз, мне туда, - ответила я, тяжело дыша.
Мы взаправду выбежали к реке, только берег был не каменистый… Вместо берега, был камень-боец, коих на этой реке множество, да резкий обрыв. - Тут они будут спускаться, - махнул он рукой направо. – А тебе сюда. Вон сосна, беги, давай, прячься.
Я уставилась на него во все глаза, понимая, что сейчас мы разойдемся, а найдемся то как? Он прижал меня к себе, крепко, обнял на мгновение. Тут же отстранился и, взяв за плечи, стал говорить прямо в глаза: - Выйдешь, когда они все уйдут. Да не сразу, убедись наперво. Возвращаться к землянкам не смей, там засада. Село твое вверх по реке, по ней и иди. Ты поняла меня? - Я хотела сказать, чтоб не оставлял меня, с собой взял, не хочу без него, но он тут же потряс меня за плечи, прикрикнув: - Поняла, поняла? - Поняла, - тихо ответила я, тут же услышав приближающуюся погоню. - Быстрее, беги! И чтоб ни звука, мне там! - крикнул он мне, поцеловав меня, взявши за лицо, и сразу толкнул, чтобы я начала шевелиться.
Я была у сосны, когда обернулась. Он стоял, смотрел на меня и сразу махнул мне рукой – лезь! Почему он не бежит. «Почему не бежишь?», хотелось крикнуть мне. Я нырнула в узкий лаз, который был таким, только у входа. Далее он расширился в небольшую пещеру. Тут же улеглась у самого входа, подглядывая наружу. Половину вида загораживала сосна, но Антипа, который все еще был здесь, я видела хорошо.
Он стоял у самого края камня, лицом к лесу. Чего он там замер?! Выстрел! Я вздрогнула так, что ударилась о каменный верх лаза головой. Антип не шелохнулся.
Мимо, выдохнула я. Пока я терла ушибленное место, кривив лицо, Антип, едва видно, приложил палец к губам…, развернулся… И прыгнул! Я зажмурилась на мгновение, зажав во рту кулак, больно кусая себя, чтобы не закричать. Из леса тут же показались люди, трое. Подошли к краю отвесного камня и, вытянув шеи, уставились вниз. Я тихо скулила, задом отползая вглубь пещеры.
***
Я сидела, на острых камнях, валявшихся всюду, склонив руки и голову на колени.
Молилась, сквозь слезы, едва слышно шевеля губами. Мне было страшно. Не за себя – за него. Потом мне захотелось бежать, вниз, за ним. Нужно было знать, увериться, что с ним все в порядке, что он … Жив? Слово, несказанное вслух, больно кольнуло меня. Нельзя, нельзя, даже думать про это нельзя, так и беду недолго накликать. Жив, точно жив! Утерев, рукавом рубахи, сырость, что развела на щеках, я выбралась наружу.
Пробралась туда, где еще недавно стояли, преследовавшие нас люди, и залегла на самом краю камня. От высоты кружилась голова. Река не выглядела устрашающе, я верила, что там, внизу, куда прыгнул Антип, глубоко. Иначе.… Да вправду, глубоко.
Я видела этих людей, они уже были внизу. Шли по берегу, до места где камень входил в реку, дальше берега не было. Им пришлось идти в воду. Одетыми они ступили в воду, заходя глубже и глубже, а потом поплыли, течение им помогало.
Поравнявшись с тем местом, откуда смотрела я, один из них задрал голову вверх, а я быстро схоронилась, отпрянув. Снова выглянув, увидела, как они пытаются нырять, но вскоре поплыли ниже по ходу реки. Вертя головами, всматриваясь в берега, с обеих сторон, медленно и упрямо плыли они, пока не скрылись за
поворотом.
Как? Как я найду теперь его? О том, что с ним что-то случилось, я старалась не думать вовсе. Я словно осиротела враз. Потерянная и одинокая, скрываясь под ближайшим ельником, я просидела здесь почти до вечера. Антипа все не было. Да и не обещал ведь воротиться.