Впереди стоит черный волк. Он делает ко мне шаг и низко к земле опускает голову. Коричневый волк помельче не двигается, но поглядывает на светло-серого и темно-серого, которые замыкают их группу. Я медленно под взглядами нескольких пар глаз встаю с бревна и делаю шаг назад. Замираю, наблюдая за реакцией волков. Они не шевелятся. Лишь черный наклоняет голову как заинтересованная в чем-то домашняя собака. Мило. Мой шаг назад.
Из леса выходит белоснежный красивый волк.
- Да вы издеваетесь, - шепчу я, не понимая, за что на мою голову свалилось это собрание клыкастых.
Белый волк высоко приподнимает голову. Уши крутятся из стороны в сторону. Взгляд направлен на меня. Хвост виляет. Так делал когда-то мой Кефир. Возможно, это он? Ведь столько времени прошло. Он уже должен быть большим. Черный волк скалится и делает пару угрожающих рывков в сторону белого волка, который так и не сводит с меня взгляда. Теперь всё внимание хищников сосредоточено на этом призраке из прошлого, поэтому я принимаю важное и отважное решение – разворачиваюсь и бегу в сторону машины, в которую залетаю с такой прытью, что водитель резко вскидывает на меня свои мутные карие глаза, но вопросов не задает – к счастью.
Пора домой. Я слишком устала.
Глава 7
Я вхожу в дом и втягиваю родной запах, по которому я больше всего скучала вдали от родины. В Москве я закончила медицинский колледж – и теперь была готова слегка отдохнуть, прежде чем придется устроиться на работу к Веронике Ивановне. Она уже ждет моего звонка. Но это всё потом. У меня есть пара дней, чтобы выдохнуть и расслабиться. Я мою лапы Белле – и та радостно залетает в дом, обнюхивая всё на свете: мебель, пол, вещи, цветы. За прошедшие годы она принесла три помета. И одного щенка суку я оставила себе, а папе отправила щенка кобелька – как он и хотел, но от другого заводчика.
- Кира, заходи, - кричу я молодой суке, для которой это здание всего-навсего очередное место жительства, потому что родилась и выросла она в московской съемной квартире. Молодое животное неуверенно следует по пятам за матерью, осторожно переступая с лапы на лапу.
Я сразу же поднимаюсь к себе в комнату, в которой ничего не изменилось – только присутствует затхлый запах, который говорит о том, что комнату вообще не использовали все эти четыре года. Взгляд цепляется за небольшой коллаж, который я сделала, когда получила своих первых щенков. Палец осторожно обвел фото с Пряником, который умер два года назад. Замечательный был по характеру пес. Папа в самом начале даже и думать не хотел про нового щенка, а потом я уже не выдержала и прислала ему лучшего и самого крупного из помета. Бакса, который живет на улице в вольере круглый год. Папа построил ему огромную будку, больше напоминающую полноценное жилье.
Вибрирует телефон. Я смотрю на экран и улыбаюсь.
- Мина, девочка моя, - раздается теплый папин голос в трубке. – Как жаль, что я в командировке.
- Ничего, пап, это всего лишь пара дней – и мы увидимся.
- Как ты устроилась?
- Как в родном доме, пап, - пошутила я и легла на кровать.
- Ты там простирни свое постельное белье, а то я его не трогал всё это время. Наверное, там пыли больше, чем во всем доме, - на другом конце слышится возня, папу несколько раз зовут. – Ладно, мне пора. До встречи.
- Пока, пап, - говорю я и отключаюсь.
Вечером я слышу сначала осторожный стук в дверь, а затем сумасшедшие удары как при пожаре. Я смеюсь и бегу быстрее вниз, пока мне не вышибли входную дверь. Я открываю ее настежь и сразу же утопаю в теплых объятия подруги.
- Маринка, - кричит она мне на ухо и крепко сжимает вокруг меня свои руки. Я хлопаю по ним.
- Еще чуть-чуть и я повалюсь на пол бездыханным телом, - хриплю я и делаю шаг назад, разглядывая яркую кукольную красавицу, в которую превратилась Ася. Ее ноги, кажется, стали невероятно длинными и стройными, кожа имеет золотистый оттенок, веснушки куда-то делись, рыжая копна волос теперь лежит в красивой объемной стрижке, развеваясь по плечам при каждом движении. Черты лица утонченные и очень притягательные, глаза круглые золотисто-карие, а губы – пухлый бантик. Одежда стильная и современная: свободная кремовая блузка и зауженные черные брюки. Наверное, отбоя от парней нет. На свой наряд мне лучше не смотреть, чтобы не появилось комплекса неполноценности. - Какая ты красивая, - искренне делаю комплимент я и улыбаюсь.