- Ты молодец. Справилась отлично, - подбадривает она меня, застегивая куртку и хватая со стола черную сумку. – Так и продолжаем работать. Можешь оставаться здесь, сколько сможешь здесь прожить.
Я хмурюсь.
- Что значит «сколько сможешь»?
Вероника Ивановна на выходе оборачивается и с бодрой улыбкой смотрит на меня, как будто и не было этих десяти часов работы. Мне бы такой заряд энергии.
- Потому что ты можешь прожить здесь неделю, но вскоре начнешь замечать, что не отдыхаешь. У тебя нет грани между работой и домом. Рабочее помещение должно оставаться рабочим, а дом нужен всем. Люди, к которым мы спешим по вечерам, нужны всем. И я сейчас такая энергичная и довольная не потому что не устала – устала как лошадь, но я знаю, что дома меня ждет муж и дочка. Я не выгоняю тебя отсюда, но советую поскорее обрести дом. И я сейчас не только про жилплощадь. Спокойной ночи, - говорит она и прикрывает за собой дверь.
Я в каком-то бреду кидаю грязную одежду в машинку, принимаю душ, и ложусь на диван в одном полотенце, чувствуя, как каждая мышцы стонет от боли и наслаждения, что наконец-то можно отдохнуть и расслабиться.
Туман медленно завладевает моим сознанием. И мой возбужденный первым рабочим днем мозг кидает меня в пучину очень откровенных сновидений. Я не вижу лица, но чувствую на своей коленке горячий отпечаток влажных губ. Крепкие мужские смуглые пальцы медленно ползут как нечто неизбежное вверх под полотенце, сжимая пульсирующими движениями мою влажную после душа кожу. Мое дыхание учащается. Я откидываю голову назад и позволяю себе издать стон наслаждения, когда палец незнакомца чувственно оглаживает большие половые губы, а затем и расщелину между ними.
- Боже, - шепчу я, поднимая руки и обхватывая ладонями уголки подушки. Сжимаю их от напряжения. Это сон, а во сне я могу позволить себе многое, ведь так? Тут нет места стеснению. Хоть где-то я могу чувствовать свободу – и это прекрасно.
Мои мысли заводят меня так глубоко, что я прихожу в себя только когда рот незнакомца обхватывает клитор и нежно посасывает упругую горошину, которую я уже успела изучить пальцами в холодные одинокие времена, но мужское рот – это совсем иначе. Язык бережно оглаживает вход и проникает в меня. Я выгибаюсь. И воздух наполняется моим тяжелым дыханием, а еще стонами. Такими сладкими и жаждущими, каких я не издавала никогда. Влажный горячий рот снова возвращается к горошине, а кончики двух пальцев слегка проникаются в меня, а затем выходят. Снова и снова. Мое тело в испарине. Губы пересыхают. Мое тело дрожит от какого-то неизвестного мне предвкушения. Под моими бедрами горячие плечи, а на них – крепкая хватка сильной ладони.
- Это ураган, - в эйфории вскрикиваю я и сильно выгибаюсь на диване, когда нечто фееричное взрывается в животе и рикошетит по всему телу. В глазах пляшут мушки. Они черными пятнами пляшут и делают и без того темный сон черным. Мужской рот продолжает терзать мою чувствительную плоть, с каждой секундой ослабляя напор и давая мне дышать. А мне так нужен кислород.
Я проваливаюсь в глубокий сон уже без сновидений в последний момент ощущая прохладный воздух, который легкой волной окутывает мое тело. Блаженство.
Глава 15
Справа что-то громко жужжит. Я открываю глаза и щурюсь яркому солнцу, которое теплой колонной обжигает мое тело из открытого окна. Вот черт. Я совсем забыла вчера закрыть его после проветривания. Наощупь нахожу телефон и подношу к уху, даже не смотря на экран.
- Да, - сонно мямлю я и уже по грустному выдоху понимаю, что это Ася. Узел вины как змея вьется у меня в груди от воспоминаний о нашем общении с Рафаэлем. Ничего особенного не было. Тогда почему мои губы покалывает, а живот наполняется непонятным мне томлением?
- Привет, подруга, - говорит она унылым голосом. И даже если предположить, что наша дружба уже закончена, то я всё равно помню этот ее разбитый тон. Асю что-то очень огорчило, уничтожило и растоптало.
- Доброе утро, Ася, - говорю я и замолкаю, оставляя ей возможность начать этот разговор самой.
- Рафаэль бросил меня, - рубит она без подготовки и замолкает. Кажется, даже не дышит. Я делаю глубокий вдох и шумно выдыхаю. Почему он это сделал?
- Ты же говорила, что вы просто спите время от времени, - напоминаю я себе и ей ее легкомысленные слова, сказанные не так давно.