- Да давно пора уже научиться контролировать эмоции. В их возрасте у меня на руках было два щенка, а ты, Диана, хвалишь их как несозревших бестолочей за умение вести себя в обществе. Вздор.
Диана недовольно смотрит на своего мужа, совершенно не разделяя его точку зрения, а затем переключается на меня и благодарно улыбается. Голубые глаза светятся теплом.
- Я пойду на кухню. Как закончите, то жду вас на завтрак. Чтобы ни произошло, нам важно не терять силы и трезвость ума. Оба эти качества нам пригодятся в эти темные времена.
- Ты что-то знаешь? – спокойно спрашивает Арсен, глядя на жену.
- Стая беспокоится, что полицейские стали слишком часто обходить наши леса. И следы крови людей тоже не вселяют в волков веру в «долго и счастливо». Все боятся, что начнется массовый отстрел – как много десятилетий назад.
С этими словами она уходит на кухню, оставляя после себя тягучую тишину. Арсен закрывает глаза и трет их с такой силой, как будто хочет стереть этот день навсегда из своей жизни.
- Я не потреплю такого фривольного отношения к альфе. Я ясно выразился?
Рафаэль говорит смиренно «да», а Амир упрямо поджимает губы и встряхивает волосами так, что пара прядей падает на глаза. Я смотрю на Рафаэля и удивляюсь его безразличию и спокойствию. Если ему действительно так плевать на брата, то нам явно не по пути с ним. Он не вымолвил ни слова в его защиту. В его глазах горят ярким пламенем надменность и злорадство. Заметив мой пристальный взгляд, он отводит глаза в сторону и убирает противную улыбку с лица.
- Я думаю, он будет стараться, - отвечаю я на свой страх и риск за Амира, который удивленно смотрит на меня, а затем переводит взгляд на отца. Рафаэль недовольно фыркает, а Арсен слегка улыбается и кивает мне.
- В ваших отношениях ты мужчина, я так понимаю, раз твоя пара не в состоянии говорить и отвечать за себя, - иронично вылетает из его рта. Он провоцирует своего сына – только вот не понятно зачем.
Амир напрягается, его дыхание учащается, и я снова начинаю гладить его спину, предотвращая очередной взрыв и ругая про себя неугомонного Арсена.
- У нас нет… - начинаю говорить я, когда воздух в комнате начинает активно нагреваться и циркулировать по помещению, потому что в этот же момент Амир перебивает меня, не давая договорить.
- Нет, глава я, отец, - громко и отчетливо произносит он, обхватывая своей ладонью мою на своей спине и сжимая ее, тем самым обрывая мои слова, которые так и вертятся на языке. Всё внутри меня кипит и бурлит, чтобы опровергнуть его слова, но крепкая хватка мужской ладони требует молчания. Я хмурюсь.
- У них нет отношений, отец! – кричит Рафаэль, ударяя кулаком по подлокотнику. Раздается жалобный хруст. И когда кулак поднимается, то вместо ровной поверхности виднеется вмятина. Рафаэль отчаянно смотрит на меня, а затем на отца. – Она не состоит ни с кем в отношениях.
Арсен приподнимает бровь и переводит взгляд с побагровевшего Рафаэля на Амира.
- Он прав? Между вами ничего нет?
Амир оборачивается и смотрит на меня. В его взгляде нет вопроса. Он просто кивает мне и отворачивается. И что это было?
- Она моя женщина, отец. Моя будущая супруга.
После этих слов мои глаза, кажется, собираются выпасть из глазниц. Я как утопающих набираю воздуха и начинаю шевелиться, не зная, кому подавать сигналы бедствия, потому что Рафаэль вскакивает с кресла и готовится броситься на Амира, который лишь сильнее сжимает мою ладонь. Арсен движением руки приказывает сыну сесть. Теперь этот старый провокатор улыбается, а глаза искрятся весельем.
- Рафаэль, ты что-то хочешь сказать? – небрежно бросает за спину Арсен.
Рафаэль гневно испепеляет взглядом брата.
- Он врет, - сквозь зубы цедит он и с такой силой падает в кресло, что оно трещит от гневного напора.
Арсен поворачивается к старшему сыну.
- Значит, ты в отношениях с ней? И с Маликой? Зариной? Анной? Мирой? Мне дальше перечислять? И со всеми ты был в отношениях – и все они были не теми. А твой брат единственный и первый раз объявил о чем-то серьезном, но и тут тебе нужно влезть. Или ты говоришь мне, что женишься на ней – или закрой рот.