Выбрать главу

 - Все наши клиенты люди?

 - Да, большая часть люди. Бывает, что животных заводят оборотни, но это бывает крайне редко. Сама должна уже понимать, что собака или кошка могут неадекватно отреагировать на оборотня. Худшее, с чем я сталкивалась – это нападение.

 - Ужас, - шепчу я, представив, что собаки нападают на моего ребенка или на меня. Осознание, что от животного придется избавиться, - что бы это ни значило, - наводит на меня панику.  

 - Но ты должна понимать, что основная наша работа – это не оказание ветеринарных услуг.

 - А что же тогда?

 - Мы здесь, чтобы лечить оборотней как в волчьем обличии, так и в человеческом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

 - А как я узнаю, что делать? Я совершенно не представляю, чем медицина для оборотней отличается от медицины для людей.

Вероника Ивановна расставляет руки в сторону и улыбается.

 - А я тебе на что? Будешь ездить со мной на вызовы, так и научишься со временем. К сожалению, медицинской школы оборотней нет. Мы передаем информацию из уст в уста от врача к врачу как в старые-добрые времена. Может, через год я отпущу тебя на стажировку в Москву к опытным врачам, которые уже много лет сотрудничают с оборотнями, но пока нет смысла, пока ты не освоила азы и не почувствовала почву под ногами. Пока мы работаем с животными – мы отдыхаем и спокойно зарабатываем на жизнь.

 - Отдыхаем? – пищу я, практически не чувствуя ног и спины, позвонки которой вот-вот рухнут как домино мне в пятки.

Вероника Ивановна смотрит на наручные часы и вскидывает брови.

 - Пять минут отдыха – и идем на операцию кошки Мули. У нее доброкачественная опухоль.

 - Слушаюсь и повинуюсь, - шепчу я и прикрываю глаза.

Вечер наступает также незаметно, как и мой статус невесты, который, как и говорил Арсен, просто так не убрать со снятым с пальца кольцом. Пару раз чересчур внимательные прохожие заглядывают в холл и пристально меня разглядывают. И явно не из-за праздного интереса к приезжей девчонке. Одним из наблюдателей становится красивая девушка. В голове появляются мысли относительно того, кем она приходилась или приходится Амиру. Мое богатое воображение, к моему несчастью, подкидывает мне красочные изображения, которые смывает из моего сознания только дверной колокольчик.

Я поднимаю глаза и вижу Рафаэля. Он, увидев, что я разговариваю по телефону, тихо прикрывает дверь и с небольшим пакетом в руках идет к стойке администратора, за которой сижу я и принимаю звонки от потенциальных клиентов. Вероника Ивановна ушла домой час назад, а я захотела закончить сегодня с консультациями и со спокойной душой пойти спать на свой любимый диван в комнате отдыха. Через минуту я отключаюсь и кладу телефон на стол, упираясь взглядом в ожившего Рафаэля, который изучает меня как бабочку под стеклом в доме коллекционера. Молчание гнетет, но я продолжаю складывать бумаги и наводить порядок. О чем нам с ним теперь говорить? Всё же решилось как-то само. Я чужая невеста, а он по-прежнему любитель женского общества. И он не противится ни первому, ни второму.

 - Рафа, что ты хочешь от меня? – не выдерживаю я вязкой тишины, которая с каждой секундой лишь сильнее меня распаляет. Я стою за столом, передо мной Рафаэль, а между нами стойка администратора. Наверное, так мне спокойнее.

 - Тебя, - говорит он и в какую-то долю секунды перегибается через стойку и обхватывает мою шею рукой, притягивая к себе настолько близко, что я чувствую его дыхание с привкусом ароматного кофе. Я практически лежу на столе. Он не делает мне больно, но сердце начинает бешено биться в груди от страха, зеленые глаза впиваются в меня, темнея как черное бушующее море, готовое смести всё на своем пути. Горячее дыхание обжигает мои губы. И мне очень страшно, потому что я в его власти. Шея начинает ныть от дискомфорта. В живот упирается твердый край стола.

 - Отпусти меня, сейчас же, - сиплю я, сглатывая и пытаясь руками оттолкнуть от себя парня, но ничего не выходит.

 - Ты же что-то ко мне испытывала. Ты думала обо мне. Я знаю это наверняка, - рычит он мне в губы, вибрируя кожей в миллиметре от моей кожи. Его буквально трясет от ярости.

 - Ты прав, - начинаю я, - но эту тягу можно списать на мой первый опыт, Рафаэль. Я никогда еще не была в отношениях ни с одним мужчиной, поэтому мой мозг так зациклился на тебе.