- Я знал, что они тебя найдут, знал, моя девочка, - шепчет он и крепко стискивает мою грудную клетку.
- Альфа, мы нашла всех троих на федеральной трассе. Что прикажешь с ними делать? – раздается неподалеку глубокий бас невообразимо огромного человека с черной бородой, густыми черными волосами и черными как ночь глазами, которые пылают силой и яростью, а еще готовностью исполнить любой приказ своего альфы.
Я перевожу взгляд на Арсена, которые смотрит на меня, улыбается, а затем переводит взгляд на своего волка в подчинении.
- Тащи их сюда и кидай в яму. Выживут – смогут уйти, куда им угодно. Нет – значит, получат по заслугам, - спокойно отрезает он и наклоняется к веревке, развязывает ее и кидает вниз Рафаэлю.
Я отлипаю от папы, вытираю слезы и медленно встаю, чувствуя, как к деревянным мышцам начинает приливать кровь. Рафаэль пулей выскакивает из ямы и сразу ищет меня глазами. Находит и как смерч подлетает ко мне, поднимая на руки направляясь в сторону леса, за которым виднеется его джип.
Никто не возражает ему. Все молча провожают взглядами, а затем поворачиваются, когда появляются три виновника случившегося под конвоем людей в черном и того самого огромного оборотня. Это обычные оборотни, молодые и испуганные.
- Зачем они меня похитили и оставили умирать? Я ничего плохого им не сделала, - шепчу я, вдыхая запах Рафаэля.
- Это малая часть нашего общества, которые считают, что «муж и жена – одна Сатана» - это про вас с Амиром. Думали, что его смерть – этого недостаточно.
- А вдруг есть еще такие же как они? Как я буду дальше жить? Если вы не пришли вовремя, то я бы просто-напросто захлебнулась в грязи.
Я замечаю, как под кожей Рафаэля напряженно гуляют жевалки.
- Не будет. Наказание для них в яме – это некая публичная порка, которую мы заснимем и пустим в виде местной новости по телевизорам Тихвино. Будь уверена, что больше такого не повторится. И да, больше ты без меня в магазин не ходишь. По крайне мере, пока, - говорит он и с улыбкой целует в висок.
Мы приезжаем домой через три часа. Я в шоке, насколько далеко они отвезли меня с надеждой, что меня не найдут. Рафаэль несет меня на руках прямо через весь дом прямиком в душ. Сажает на машинку и сдирает все грязные вещи, скидывая их все в одну кучу. Я остаюсь абсолютно голая перед ним, скрещиваю лодыжки и прикрываю руками грудь, хотя ничего из вышеперечисленного не является для него сюрпризом. Он уже видел меня голой – ну, или частично голой. Рафаэль так же утилизирует свою одежду и подходит ко мне, чтобы взять на руки и отнести в душевую кабину.
- Клубника или морской бриз? – внезапно спрашивает он меня, перебирая баночки на полке. Я смотрю на его мускулистую грудь, мышцы которой перекатываются перед глазами и думаю совершенно не о геле для душа. Вода медленно смывает с наших тел всю грязь.
- Клубника, - шепчу я с дрожью в голосе и подаюсь вперед, прикасаясь губами к груди с черными волосами и оставляя влажный поцелуй на коже, чувствуя, как внизу всё наливается желанием.
Я поднимаю глаза на Рафаэля. Он замер. Его дыхание участилось, губы приоткрыты, а зрачки расширены от возбуждения, которое моментально передается члену. Я медленно прокладываю вниз дорожку поцелуев, иногда прикусываю кожу и слышу, как Рафаэль втягивает воздух сквозь зубы, а член подрагивает. Ему определенно нравится то, что я делаю.
- Ты играешь с огнем, Мина, - хрипит он. – Я не уверен, что смогу остановиться, если ты…
А дальше он замолкает и с громким стоном запрокидывает голову назад, потому что я обхватываю его член руками у основания, вбирая в рот оставшуюся часть с красивой темной головкой.
- Господи, это так хорошо. Я уже и забыл, когда последний раз мне сосали, - выдыхает он и упирается руками в стенки кабинки.
Я отрываюсь и вопросительно смотрю на него.
- Ты хочешь сказать, что у тебя никого давно не было?
- Не хочу, но говорю. Из-за тебя я стал практически монахом, - подтверждает он и толкается членом у меня в руке. – Молю, не останавливайся.
Я снова вбираю член и начинаю постанывать, увеличивая темп и чувствуя выступившую на половых губах смазку, и от этого загораюсь еще больше. Опускаю руку вдоль своего чувствительного тела и ввожу в себя один палец, начиная мычать громче, создавая вибрации ртом, от которых Рафаэль начинает чуть громче и нетерпеливее стонать. В какой-то момент он резко поднимает меня на руки и вылетает из ванной, а затем относит меня в спальню и осторожно кладет спиной на кровать, пододвигая мои бедра к краю и сгибая ноги в коленях.