- Один. Все остальные после прививки поедут по домам, - грустно добавляю я и морщусь от давящей грусти в груди. Я так и не научилась прощаться. Отпускать. Я уже сделала на стене комнаты коллаж из фотографий щенков – на память. Они мой первый помет. Самые сложные из-за моей неопытности и самые яркие по той же причине.
- Нам не хочешь оставить кобеля? – напряженно спрашивает отец и поворачивается ко мне. Он тоже как и я переживает за Пряника, который с каждым днем моложе не становится.
- Вообще не планировала, пап. Не из этого помета. Мне у этих кобелей экстерьер не очень нравится. В следующем помете видно будет.
Папа встает и упирается руками в пояс брюк, задерживаясь и давая мне понять, что разговор подошел к самой главной точке.
- Я не смогу тебя отвезти к ветеринару, - сдавленно выдает он, проводя рукой по отросшей щетине.
- Я знаю, пап, у тебя дежурство. Это не страшно. Я вызову такси, - отмахиваюсь я и кладу щенячьи паспорта в сумку.
- Это Тихвино, Мина, я не очень суеверный, но это место мне не нравится по многим причинам.
Знаю, пап, потому что одна из них – мама.
- Возможно, это место и опасное, но я буду там днем и не очень долго. Вероника Ивановна лучший специалист из тех, что мы с тобой встречали. Ты это сам знаешь.
Папа кивает, подтверждая мои слова.
- И какие бы темные истории не витали вокруг этого проклятого Тихвино, я не собираюсь доверять своих собак другому специалисту.
- Хорошо, прости меня, старика, - говорит он, целует меня в лоб и уходит.
***
- Сколько с меня? – бросаю я, открывая багажник, где шесть пар глаз выжидающе смотрят на меня, радостно виляя хвостиками.
- Восемьсот, - бросает знакомый таксист, помогая выгрузить толстую братву в переносной вольер. – Когда вас забирать?
Теплые языки лижут мои руки, которыми я пытаюсь сдержать всю эту маленькую пушистую армию от побега до прихода Вероники Ивановны. Машина срывается с места и за пару минут скрывается из вида, оставляя меня одну. И тут мне становится неуютно. Или это прохладный ветер вызывает на коже мурашки – или же чувство незащищенности, которое в меня поселил папа. Я впервые приехала в это Тихвино. До этого ветеринар приезжала сама к нам домой, но из-за загруженности на работе Вероника Ивановна больше не берет выездные заказы.
Я оглядываюсь по сторонам. Прохожие с интересом наблюдают за мной, как будто я какой-то инопланетянин. Я стараюсь не сталкиваться с ними взглядами, то и дело опуская глаза вниз на щенков, пока не чувствую неуютное покалывание на виске. Поворачиваю голову в сторону непрошеного зрителя и вижу компанию парней, которые сидят и весело проводят время на улице. Вроде бы ничего необычного, но это тот случай, когда ты наверняка будешь избегать их внимания, потому что чувство самосохранения берет верх. Объективных причин волноваться нет, но так ты оберегаешь себя от лишних переживаний.
Двое из парней смотрят прямо на меня. И как будто нарочно память подкидывает мне картинки из прошлого, где два высоких мальчишки смотрят на меня: один взгляд карий, а другой зеленый. Оба насмешливые и опасные. Я прячусь за спину своего спасителя, а затем быстро уезжаю на велосипеде, выдыхая лишь в тот момент, когда оказываюсь в своем доме.
И вот сейчас они оба застыли. Все вокруг них продолжают что-то горлопанить и громко смеяться, а эти как статуи смотрят на меня, поднимают носы вверх, как будто какие-то животные, а затем начинают двигаться в мою сторону. Мое сердце от волнения бьется чаще. Я нервно облизываю губы и смотрю на безмолвную дверь, которая вот-вот должна открыться. Щенки, к моему удивлению, совсем затихли. Обычно жизнерадостные и веселые, сейчас они прижимают уши к пушистым головкам и с настороженностью смотрят на каждого прохожего. Им, как и мне, не нравится здесь находиться.
- Ничего, малыши, осталось совсем немного, - говорю я и поглаживаю каждого по маленькому тельцу.
Взгляд упирается в две пары кроссовок. Я поднимаю взгляд и вижу двух парней. Зеленоглазый так же как и когда-то берет инициативу в свои руки и присаживается около мне на корточки. Он красивый, но какой-то броской красотой – острой, о которую можно порезаться. Резкие хищные черты лица. Только теперь к ним добавились широкие плечи и отличное телосложение как с обложки журнала, который так любит пересматривать Ася. И им больше не по четырнадцать лет. Возможно, около двадцати.