Тоня прочла.
— Ого! Торопится Шемчак. На тридцать процентов нормы щелока урезать!
— Так что будем делать?
— Ничего ультразвук не дал. Сколько раньше расходовали щелока, столько и теперь.
— Как же тогда можно уменьшить норму?
— Тут я маху дала. Нормы были завышены.
— Вот она, твоя хитрость. Всегда боком вылезает.
— А брак покрывать мне надо было как-то?
Важник, видимо, пытался что-то придумать:
— Этот ультразвук для здоровья не вреден? Мы бы тогда через санинспекцию…
Тоня усмехнулась:
— Не вреден.
Он рассердился:
— Откуда мне знать? Придумывай сама, если можешь.
В конце концов, для Важника это все мелочь, копейки. Оба они не первый день в цехе. Мало ли бывает бесполезных изобретений, без них нельзя представить технический прогресс. Никто ничего не потеряет, только у Тони уменьшат нормы расхода на щелок и ей будет чуть-чуть труднее работать.
Может быть, Тоня и махнула бы на это рукой, но однажды Шемчак привел к ней командировочных с Волгоградского тракторного. Он заинтересовал их ультразвуком, они заказали себе чертежи на установку, но, как люди осторожные, решили расспросить производственников.
Тоня ответила уклончиво.
— Приезжайте через месяц, — сказала она. — Посмотрим, какой получится экономический эффект.
Они засмеялись:
— Ну-у-у! Какой вы насчитаете, такой и получится.
Их было двое, оба молодые, один черный, с пижонскими усиками, он наверняка понял. А Тоня решила: не позволит она насчитать липовый эффект. Что там говорить, нормы Шемчак уменьшил справедливо, но эффект считают не по нормам, а по фактическому расходу. Тут кое-что зависит и от нее.
Помог ей случай: пошел брак. За час перед щековой дробилкой выросла желтая гора развалившихся стержней. Тогда-то Корзун и пожалел, что уволился Валя Тесов. Сам он разобраться в причине брака не мог. На оперативке Важник кричал на него, стучал по столу кулаком.
В конце смены Тоня увидела шагающего враскачку вдоль сушил Корзуна.
— Что думаешь делать, Антонина?
Она уже успела сделать все что нужно, уже знала, через час выползут из печей годные стержни, но он этого не знал. Тоня пожала плечами:
— А мне что? Я по техническим условиям работаю.
— Ты у нас молодец, известно. Замутишь воду, а другим потом расхлебывать.
Тоня не стала с ним спорить:
— Не расхлебывай.
— Я думаю, щелок опять плохой.
— Что ты в нем понимаешь? Отличный щелок.
— Отчего же стержни разваливаются?
— Откуда мне знать. На то техчасть есть.
— Может, крепитель добавить?
Она пожала плечами:
— Добавь.
Тогда он, пожевав воздух, поступился самолюбием:
— А ты что посоветуешь?
Он был в ее руках. Она взяла грех на душу:
— Расход щелока увеличить.
Он подозрительно посмотрел на нее и попросил:
— Ты бы составила рецептуру. Я подпишу.
Тоня и увеличила расход щелока, Хорошо, Шемчак в командировке.
Через две недели вернулся Шемчак. Он прочел листок рецептуры в сменном журнале.
— Откуда эта нелепость, Антонина? Зачем столько щелока?
— У Корзуна спроси. Не видишь разве: его подпись!
Он что-то заметил в ее лице и, медленно опустив веки, спрятал за ними глаза.
Тоне некогда было о нем думать. И даже щелок был ей в ту минуту безразличен. Стоял конвейер, не хватало стержней.
Перед обеденным перерывом позвонил ей начальник модельного цеха, бывший ее сокурсник:
— Тонька, ты где обедаешь? Приходи в диетическую, поболтаем.
— Ой, совершенно нет времени, — сказала она. — Это срочно?
— Срочно. Я возьму тебе обед.
Они сидели вдвоем за столиком в стеклянной призме диетической столовой, и вот что он ей рассказал.
Сегодня было совещание у директора.
— Грачев сидел злой как черт. Что — не знаю, но что-то было. Может, и Шемчак поработал. План, как ты знаешь, горит. Механические цеха, ясно, стали жаловаться на Важника. Грачев стучит по столу: «Нечего за трудностями прятаться!» — но на Важника не смотрит. Литья действительно не хватает. А Важник дорвался до слова и стал людей требовать. Что ему Грачев, родит их? Раньше осенней демобилизации ждать нечего. А Важник уж только рот раскрывает. И тут Шемчак понес… И все про твой участок. Говорит, мол, тихая гавань, люди там на ходу спят… А Сысоев еще в каламбур поиграл: гавань и… это самое. В общем, я понял так: Шемчак тебе враг, все решил на тебя свалить. Мол, и новую технику зажимаешь, а Корзун просто безграмотный….
— Корзун?
— А что ему Корзун? Диссертацию на ультразвуке он и без Корзуна сделает. Корзуну на него надеяться нечего…