Мы миновали деревья и попали на расчищенную землю вокруг Скандтона.
Вскрик вылетел из моего горла.
Поле боя было таким, как я видела, когда вырвалась в мир смертных прошлой ночью — прошли всего часы после боя. Грязь между лесом и деревней была вытоптана, усеяна телами. С одной стороны стояли фейри, смеясь и шутя. С другой — напряженные люди.
Они смотрели на что-то в центре поля. Я с ужасом поняла, что это было. Дуэль происходила на земле меж двух сторон. Дуэль между моей сестрой — где она научилась так сражаться мечом? Где она научилась танцевать в бою? Она смеялась радостно, уклоняясь и ударяя, ее длинные волосы развевались за ней как флаг.
Ее противник был потрепан. Усталость проступила на лице сэра Экельмейера. Он все еще хромал, я вспомнила, как Скуврель заклеймил его. Но он держался, его большой двуручный меч был в четыре раза больше клинка моей сестры. Несмотря на размер меча, Экельмейер был быстрым, как хлыст.
Армии с обеих сторон подняли знамена на вырезанных деревцах. Вершину каждого украшала голова. Я не смотрела туда долго. От одного вида мутило. Я взглянула и поняла, что у фейри на шесте была голова в шлеме — я узнала рыцаря с того раза, когда меня притащили к Анабете. У людей на шесте была голова Валот, ее лицо было мрачным в смерти, как и в жизни. Она мне нравилась. Несмотря ни на что. Я не была рада видеть ее такой.
Но где была королева Анабета? Она не вернулась в мир смертных?
Я поежилась. Те головы могли быть моей головой, моих родителей или друзей. Это нужно было закончить. Сейчас.
Я встала на плечах Рокки, чуть не упав, когда он вдруг взревел. Это было как грохот камней по склону скалы. Это должно было привлечь их внимание.
— Хватит! — закричала я.
Может, мы могли закончить это без крови. Может, мы еще могли победить. Надежда была во мне, яркая и острая.
Рев в ответ снес ее. Среди людей и фейри поднялся рев, мечи и копья взмыли в воздух, кровожадные вопли вырывались из глоток. Все повернулись, но не друг к другу, а к нашему кольцу големов.
Нет! Так не должно быть.
Даже моя сестра и Экельмейер остановили свой танец. Они взглянули друг на друга, а потом повернулись ко мне с похожими мрачными улыбками на лицах.
В одном я преуспела. Я остановила их бой между собой. Вот только теперь они объединились против меня.
Я сглотнула, земля дрожала под нами. Тысячи ног неслись в бой.
Боевые кличи звенели, пока они бежали, и големы отвечали им своими оглушительными криками. Клинки били по камню, первые воины добрались до моей армии.
Голем рядом с нами взмахнул рукой, как молотом, вбил человека в землю, как гвоздь. С другой стороны голем схватил фейри за ногу, взмахнул им, как косой, и сбил другого воина-фейри им.
Я старалась видеть, что происходило, но всего было слишком много сразу.
Я выпустила стрелу в сэра Экельмейера, пока он несся по грязи к нам. Другой человек пробежал перед ним, не заметив мою стрелу, пока она не вонзилась в его злое сердце. Я сглотнула и вытащила еще стрелу, но они нападали слишком быстро. Спокойствие охватило меня, пока я стреляла, пока колчан не опустел. Но чем были пять воинов по сравнению с морем бойцов на каждой стороне?
Моя сестра что-то кричала, но я не слышала из-за шума крови в ушах.
Я убрала лук в колчан и вытащила иглу из-за пояса дрожащими ладонями, Рокки ударил кулаком по нападающему единорогу, попал по черепу. Существо сделало еще три шага и рухнуло, всадники упали с него в грязь.
Мне нужно было следить, чтобы не упасть с широких плеч Рокки, пока он бился с телами вокруг нас. Я держалась за его неровный лоб одной рукой, била иглой в другой руке.
Мое дыхание вырывалось быстро, хрипело в легких, пока я кружилась и била, пытаясь попасть по тому, что подбиралось под широкими взмахами руки Рокки. Их было слишком много. Я потеряла из виду сестру, сэра Экельмейера, своих големов и всего, кроме сражения передо мной.
Рядом раздались вопли, и я подняла взгляд, увидела, что один из наших големов упал. Большой человек прыгнул на его грудь с металлическим молотом в руках. Он поднял его над головой, и боль ударила по моей челюсти.
Я потеряла голема из виду, коснулась своего лица. На ладони была кровь, все потемнело на миг. Я моргнула и поняла, что повязка съехала. Я видела только отголоски мира и ярких сияющих фейри с их блестящими духовными следами.
Это было полной катастрофой.
Я привела армию, думая, что мы легко убедим армии сдаться. Я ужасно ошиблась, и теперь я могла лишь ощущать горечь во рту и пытаться прожить хоть миг.