Масума сняла испачканный подгузник и пошла в ванную, чтобы выбросить его.
И в этот момент Хади увидел…
…что мальчик с гордостью, свойственной только детям, вдруг, совершенно без предупреждения, устроил фонтан — и прямо на Хади.
Тот отшатнулся, но было поздно.
— «Что ты наделал?!» — воскликнул он в полном потрясении.
Из ванной донёсся смех Масумы.
— «Не сердись, Хади. Он же ребёнок,» — сказала она, выходя и видя его замершего в растерянности.
Она аккуратно вытерла малыша, сменила подгузник и прижала его к себе.
— «Он такой прелестный,» — с нежностью проговорила она, осыпая поцелуями его пухлые щёчки.
Хади почувствовал странное чувство.
Ревность.
Этот ребёнок всего за один день завоевал такую близость с Масумой…
А он, её законный муж, мечтает хотя бы просто поговорить с ней.
***
Позже вечером Хади уже собирался ложиться спать, когда раздался стук в дверь.
— «Входи.»
Масума появилась в дверном проёме, на руках у неё был ребёнок.
— «Хади, мне нужно прочитать иша. Ты не мог бы присмотреть за ним?»
— «Я?»
— «Это ненадолго.»
Хади вздохнул:
— «Ладно. Клади его.»
Масума усадила малыша на кровать и ушла.
Тишина.
Два существа в комнате смотрели друг на друга.
— «Та...» — сказал ребёнок.
Хади приподнял бровь.
— «Что значит "та"? Говори нормально.»
— «Та… таа...»
Хади почесал затылок.
— «Как тебя зовут?»
— «Тата-та-та...»
Ну конечно. Этот ребёнок умеет говорить только "та".
Хади сложил руки на груди.
— «Ты вообще понимаешь, с кем разговариваешь? Может, ты забыл, но ты находишься в МОЁМ доме.»
Малыш не обратил на него никакого внимания.
Просто начал грызть игрушку.
Хади сощурился.
— «Слушай, держись подальше от моей жены. Даже я не был к ней так близок, как ты за один день.»
Но ребёнок продолжал жевать игрушку.
— «Я с тобой разговариваю.»
Хади подошёл и вытащил игрушку у него из рук.
Рёв раздался мгновенно.
Хади замер.
— «Что за… Эй, тише!»
Но ребёнок орал всё громче.
— «Ладно-ладно! Держи свою игрушку!» — Хади поспешно сунул её обратно.
Но теперь игрушка была уже не нужна.
— «Послушай, сынок, пожалуйста, замолчи. Прости меня, ладно? Прости.»
Но ребёнку извинения были не нужны.
— «Друг, ну хватит! Пожалуйста!»
И тут Хади вспомнил.
Он закрыл лицо ладонями, затем резко убрал руки.
— «Ку-ку!»
Он повторил это несколько раз, пока малыш не замер, с любопытством наблюдая.
Но стоило Хади расслабиться, как ребёнок снова разразился плачем.
Хади устало закрыл глаза.
Он поднял малыша на руки и начал расхаживать по комнате, покачивая его.
Но он всё равно не успокаивался.
В конце концов, Хади пошёл в комнату Масумы.
Он остановился у двери.
Она молилась.
Шаль была накинута на голову, скрывая волосы.
Её губы беззвучно шевелились в мольбе.
Хади не мог отвести взгляд.
Он никогда не видел настолько красивого момента.
Может ли кто-то молиться так красиво?
Когда она закончила, он шагнул к ней.
— «Он всё ещё плачет,» — сказал он тихо.
Масума взяла ребёнка.
Прижала его к себе.
Начала нежно похлопывать по спине.
А потом запела колыбельную.
Хади просто стоял и смотрел.
Этот момент…
Эта тишина.
Это умиротворение.
…он хотел бы видеть это снова.
Её голос был таким мягким.
И пока она укачивала ребёнка…
Хади заснул.
***
Ранним утром в дверь постучали.
Это была полиция.
Нашли родителей ребёнка.
Мальчика звали Эдвард.
Оказалось, его отец уехал в командировку, а мать, почувствовав себя плохо, потеряла сознание.
Дверь осталась открытой.
И малыш, который только недавно начал ходить, вышел из дома.
Когда отец вернулся, он нашёл жену без сознания, а сына пропавшим.
Он сразу вызвал полицию.
Теперь они пришли забрать ребёнка.
***
Масума не хотела его отдавать.
Она слишком привязалась.
Ребёнок тоже вцепился в её одежду.
Но когда увидел отца, отпустил.
Прощаясь, мужчина долго благодарил Хади.
Масума стояла у порога, глядя им вслед.
Хади подошёл к ней.
— «Не грусти. Он вернулся к своим родителям, здоровый и невредимый.»