Выбрать главу

Мое сердце перекувыркнулось, и все мои мысли вытеснило желание наброситься на Роуэна. Он годами ни с кем не спал. Не хотел ни одну женщину с тех пор, как влюбился в меня. Каждое его слово окрыляло, и я будто очутилась в сказке.

Больше не желая разговаривать и не находя слов, способных выразить мои чувства, я потянулась к Роуэну. На этот раз я сама поцеловала его, своим телом показывая, в чем нуждалась. Наши языки соприкоснулись, и я приоткрыла рот, впуская Роуэна. На вкус он оказался сладким и мужественным — странное сочетание, но идеальное.

— Мари, — выдохнул Роуэн у моих губ.

Разомкнув их еще немного, я позволила ему брать мой рот так же, как хотела, чтобы он взял меня между бедер.

Проведя руками по плечам Роуэна, я коснулась коротких волос у него на затылке. Не успела я понять, что происходит, как он ухватил меня за бедра и приподнял. Я инстинктивно обхватила его ногами и, не прекращая целовать, удержалась на нем. Роуэн хотел меня. Я чувствовала его толстый, длинный, готовый член. От вожделения у меня намокло белье.

— Ты мне нужен, — прошептала я. — Прямо сейчас. Я устала ждать.

— Мы итак долго ждали, — Роуэн направился в дальнюю комнату…в свою спальню.

Зайдя туда, он сразу же захлопнул дверь ногой и понес меня к кровати. Секунду спустя я упала на матрас и покачнулась на нем, от возбуждения сгорая в огне.

Попятившись, Роуэн свирепо осмотрел меня, растянувшуюся на его кровати. Он выглядел так, будто мог поглотить меня, съесть заживо.

Видит Бог, я этого хотела.

Снова облизнувшись, я набралась смелости рассказать Роуэну о своих желаниях.

— Разденься, — тихо попросила я.

Он ухмыльнулся, словно счел забавным тот факт, что я ему указывала. Но Роуэн не отказал мне. С восторгом и страхом я наблюдала, как он раздевался. Когда Роуэн снял футболку, я сразу же уставилась на его загорелую мускулистую грудь. Он не был тяжеловесом, больше напоминая подтянутого пловца. С рельефным прессом, при виде которого мои внутренние мышцы напряглись от отчаянного желания почувствовать Роуэна глубоко внутри.

— Хочешь увидеть больше? — хрипло спросил он. Я смогла лишь кивнуть. — Тогда, детка, как насчет того, чтобы ты тоже что-нибудь показала? — от того, как Роуэн выгнул бровь, с моим животом произошло нечто странное.

Немного приподнявшись, я начала снимать с себя рубашку. Мне не терпелось полностью обнажиться для Роуэна. Казалось, я ждала этого момента всю свою жизнь.

Да, ждала.

Стянув рубашку, я расстегнула лифчик и отбросила его в сторону. Соски затвердели на холодном воздухе, и все мое тело залило румянцем. Моя потребность в Роуэне была такой сильной, что чуть ли не стала осязаемой.

Он продолжил раздеваться. Пока Роуэн снимал джинсы и боксеры, все у меня внутри напрягалось. Он встал в полный рост, абсолютно голый, возле кровати, и я не могла не посмотреть на член. Толстый и длинный, с налитой головкой, блестевшей от предсемени. Роуэн взял его в руку и, глядя на меня, погладил по всей длине.

— Ты готова к этому? — от его вопроса у меня еще сильней сдавило горло. — Потому что когда мы начнем, пути назад не будет. Ты и я навсегда, Мари.

— Я готова, — сказала я.

— Как только ты станешь моей, тебя не получит ни один другой мужчина.

Господи, о большем я и не мечтала.

Глава 7

Роуэн

Я знал, что как только предъявлю на Мари права, больше никто ее не получит.

Мои слова эхом разнеслись по комнате.

— Сними остальную одежду, — я сжал набухший член и, глядя на Мари, наблюдал, как вершилась наша судьба. Наконец-то эта женщина была моей. Только моей до конца наших дней.

Мари застенчиво и медленно разделась. После ее признания я старался продвигаться постепенно. От того, что ее первый раз будет со мной, у меня снова и снова напрягалась грудь. Эта ночь была особенной.

Не отводя взгляда от Мари, я шагнул к кровати. Мы так и не включили лампы, оставшись в лунном свете, отбрасывавшим тени на тела. Разметавшиеся по подушке, волосы Мари резко контрастировали с белой тканью. Она была самым сексуальным и красивым созданием из всех мною виденных. Только моя.

Опустившись на постель, я нежно поцеловал Мари в плечо, и она слегка задрожала. Я положил ладонь ей на горло и погладил его большим пальцем. От моего прикосновения у нее под кожей затрепетал пульс.

— Расслабься, — я всмотрелся в ее глаза, лучившиеся невинностью и любопытством. — Я о тебе позабочусь.

— Наверное, я всегда знала, что позаботишься, — нервно вздохнула Мари, сжав мое предплечье.

— Правильно, — я обнял ее за талию, притянул к себе и, соприкоснувшись с ней без одежды, застонал от потребности. Между нами было нечто гораздо большее, чем похоть. Даже большее, чем любовь. Я знал об этой женщине почти все. Страхи, предпочтения, таланты, секреты. Знал, как рассмешить ее. Знал, что она очень не любила плакать на людях. И теперь я хотел познать тело Мари так же, как ее душу. Мы были лучшими друзьями, и я не сомневался, что станем превосходными любовниками.

Я провел пальцами от талии Мари до бедер и остановился возле ее ягодиц. Она тихо захныкала. Внезапно я захотел выяснить, какие звуки Мари издаст, если руками, ртом, зубами и языком исследовать другие части ее тела. Она подалась ко мне, и я быстро припал к ее губам. Вряд ли поцелуи с лучшей подругой вошли бы у меня в привычку. Каждое соприкосновение было горячим, электризующим, голодным. Отстранившись, я провел пальцем по ее нижней губе. Я остро ощутил, как Мари приподняла бедра и прижалась к члену. Мне хотелось, чтобы она обхватила меня ногами, и хотелось глубоко в нее войти. Что я и сделал бы, просто не сию секунду.

Я коснулся губами горла Мари, и она запрокинула голову, ненавязчиво предлагая продолжить. Закрыв глаза, я вдохнул цветочный аромат, смешавшийся с ее естественным запахом. Я шалел, спускаясь ниже, покусывая кожу и заставляя Мари выгибаться, подставляя мне груди. Мое тело реагировало на нее, накаляясь до точки кипения. Склонив голову, я прихватил зубами ее сосок.

— Роуэн, — вскрикнула Мари, задыхаясь. Реакции ее тела подтверждали, что она жаждала меня и нуждалась в большем. Мне не терпелось показать ей, сколько удовольствия ее ждало. От этой мысли член дрогнул, пылая, твердея и требуя. Но у нас вся ночь была впереди.

Я собирался завоевывать свою девственницу с блаженной неспешностью. Улыбнувшись у ее груди, я обвел языком набухший, чувствительный, сморщившийся сосок. Мари ухватила меня за волосы, притягивая ближе и усиливая наш контакт. Меня волновал каждый ее стон, каждое движение.

Оголодавший и жаждущий, я оторвался от соска и, поцеловав впадинку между ее грудями, спускался ниже, ниже, ниже. Мари вцепилась в мои плечи и, приподняв бедра, покачнула ими, уже готовая ко мне.

Я пробовал на вкус, дразнил, посасывал и покусывал, пока не добрался до треугольника аккуратно подстриженных огненно-рыжих завитков над набухшими розовыми складками. Раздвинув Мари ноги, я внимательно осмотрел блестящую киску. Сбереженная для меня девственность. Я провел кончиком языка от самого низа горячих влажных половых губ до припухшего средоточия нервов. Мари оказалась чертовски сладкой. Соки были такими вкусными, что я склонился и набросился на нее.

Не останавливаясь, я поднял взгляд, чтобы увидеть, какой эффект произвел. Мари раскраснелась, зажмурилась и сексуально приоткрыла рот. У нее часто вздымалась грудь, словно дыхание давалось ей с трудом. Вцепившись в простыни, она пыталась удержаться и найти якорь, но в то же время приподнималась и терлась о мое лицо.

Мари выглядела невероятно горячо и красиво, распадаясь на части.

Раздвинув языком складки, я попробовал сладкую невинность на вкус и начал большим пальцем тереть чувствительный клитор. Внутренние стенки сжали мой язык, и Мари приподнялась на простынях. Она забилась в экстазе, перелетев через край с моим именем на губах.

— Роуэн, — взмолилась Мари, постанывая и задыхаясь. — Пожалуйста, ты нужен мне внутри, — у нее до сих пор дрожали бедра.

Первобытное желание разрывало мой пах, распирало член, сдавливало яйца. Оно толкало меня дать Мари все, в чем она нуждалась, и чего хотел я сам. Тот факт, что ее никто никогда не трогал, заводил меня не хуже афродизиака. Мне было суждено стать первым мужчиной, предъявившим на нее права. Первым и последним. Единственным, с кем она будет.