Захотелось его подразнить немного, поиграть в капризулю.
Могу же я хоть иногда побыть женщиной, а не высокопоставленным дипломатом, исполняющим государственный долг!
- А вот интересно, - сказала она, лукаво посмотрев на «росомаху». - Если меня и в самом деле попытаются похитить, вы и в самом деле сумеете меня защитить?
И пусть он думает о ней все, что пожелает! Что он уже беседовал с нею на эту тему… Что она не так умна, как ему казалось прежде… Что в ее разговорах нет ни малейшей логики…
Женщина не обязана быть логичной. Она просто хочет чувствовать себя защищенной. И имеет право сомневаться в спутнике!
Пусть этот солдафон обидится!
Солдафон не обиделся. Он немедленно расправил плечи:
- Я уже говорил вам, ваше высочество. Можете не сомневаться! Мне дали прекрасную боевую подготовку. Разве лишь против меня выставят взвод альпийских стрелков… Тогда могу и не справиться. Но такое возможно только при полноценном заговоре против Отто. Вряд ли бы, существуй такой заговор, ваш царственный брат решился отправить вас в гости к фрагербритцам. Разведка у нас работает неплохо… Так что можете не опасаться! А с десятком хулиганов я справлюсь без проблем. - Он снова усмехнулся. - Только вряд ли мы окажемся там, где обитают хулиганы. Королевская охрана не позволит.
«Ишь, расхвастался!» - подумала Ольга.
Однако недовольства в ее душе не возникло.
Лишь продолжало жить чувство одиночества.
И, наверное, именно от этого чувства ей вдруг захотелось прижаться к Дмитрию, ощутить себя в его объятиях, потому что он был сейчас самым близким ей человеком - ближе папы и мамы, ближе сестер и брата. Потому что именно брат лишил ее всего привычного и отправил туда, где она оказалась абсолютно и непоправимо одинокой…
- Ваше высочество, что вы делаете?!
Ольга пришла в себя. И обнаружила, что и в самом деле прижимается к «росомахе».
Как она встала с кресла, как подошла - она не помнила. То есть помнила, но как будто это происходило не с нею. Словно во сне…
- Простите, Дмитрий! - Она отодвинулась. - Мне стало как-то… уж очень страшно. - Она вернулась в кресло.
Чувство одиночества ушло.
«И только попробуй мне сказать что-нибудь!» - подумала она.
Но Макаров ничего не сказал. И даже не усмехнулся.
Иначе бы она попросту убила его.
Глава шестьдесят седьмая
- Куда направимся, ваше высочество? Ольга пожала плечами:
- Сначала в сам Лондинус. А в городе уж разберемся, что нам посмотреть.
Глайдер только что вылетел из дворца - через полтора часа после случившегося. Вернее, после нес лучившегося…
Макаров вел себя как обычно, и Ольга была ему за это благодарна.
Вместе с ними в глайдере сидело еще трое местных охранников, и было совершенно ясно, что столько профессионально подготовленных отважных мужчин одну женщину всяко защитят.
Под машиной тянулись зеленые поля и рощи, и эта летняя картина, после ранней весны Петергофа, очень радовала глаз. Впрочем, очень скоро поля и рощи сменились улицами и парками фрагербритской столицы.
А на незнакомый город надо смотреть изнутри, с земли.
Макаров поговорил с одним из охранников, и глайдер тут же пошел на посадку. Высадились на какой-то площади.
- Куда направимся, ваше высочество? - снова спросил секретарь.
- Куда глаза глядят.
И они двинулись прочь от глайдера: гости впереди, хозяева поодаль за спиной.
Ольга с интересом рассматривала улицы.
Впрочем, они мало отличались от улиц росской столицы. Разве что вместо златоглавых церквей и соборов тут попадались протестантские храмы.
Ольга шла и размышляла о неслучившемся.
Интересно, как бы повел себя Макаров, кабы она преодолела установленный этикой рубеж? Струсил бы? Или не устоял бы?
Ольга склонилась к его уху:
- Дмитрий! А почему бы нам не удрать от этих обормотов?
- Начнется переполох, ваше высочество!
- Фи! - Ольга надула губки. - Они мне надоели!
- Тут я ничем не могу помочь! - Макаров развел руками. - Разве что убить их. Но не думаю, что это хорошая мысль.
Увы, он был прав.
- Давайте хотя бы прогуляемся по парку.
- Это можно, ваше высочество. - Дмитрий подозвал одного из местных охранников: - Скажите, есть тут поблизости парк?
Парк нашелся в десяти минутах ходьбы.
Был он довольно заросшим и больше походил на лес. Но дорожки аккуратно посыпаны песком.
А главное, тут оказалось не слишком много народу.
Они шли по-прежнему - двое впереди, трое сзади.
И Ольге по-прежнему хотелось избавиться от троих.