— Благодарю вас, — ответил Бернард и направил Кабала к конюшне.
Мальчик-конюх бросился вперед, чтобы заняться лошадью, а Бернард помог Клэр спешиться.
— Я не могу идти с тобой к епископу, — тихо сказала ему она. — Я встречалась с ним всего один раз, но он может меня узнать.
Бернард посмотрел на двери кафедрального собора.
— Пока меня не будет, ты можешь поставить в соборе свечи, а я за тобой зайду.
— Будь осторожен, — сказала Клэр и, бросив взгляд на четырехэтажный каменный дворец, укрылась в алькове собора.
Она старалась ступать как можно тише, но все равно звук ее шагов эхом разносился под высокими сводами потолка. Она подошла к боковому алтарю и поставила две свечки Пресвятой Деве: одну за себя, другую за Бернарда.
Вот как раз подходящий случай, чтобы убежать от него. Она может попросить помощи у любого из монахов, либо обратиться к стражнику отца, которого видела у «Королевского дуба».
Бернард, разумеется, понимает, что она может сбежать, но он доверяет ей, раз оставил ее одну, и она будет верна своей клятве. А если все же вернуться к отцу? Правда, тем самым она не сдержит слово, данное Бернарду. Все зависит от следующего: во-первых, верит ли она в то, что отец нарушил обещание, и, во-вторых, по-прежнему ли ей хочется завоевать отцовскую любовь и одобрение.
Она из кожи лезла вон, стараясь угодить ему, но без толку, и так продолжалось до ее помолвки с Юстасом Маршаллом. Только после этого отец решил, что дочь представляет собой какую-то ценность.
Свадьба, разумеется, состоится, поскольку при свидетелях были даны необходимые в таких случаях обеты, и теперь в глазах церкви и закона она почти что жена Юстаса Маршалла, который ей даже понравился во время ее краткого посещения Хантингтона.
Отцу достаточно двух недель, чтобы добыть деньги и заплатить выкуп. У нее будет время подготовиться к свадебной церемонии, которая, наконец-то, освободит ее от Дассета. А Одо Сеттон наконец-то получит желаемое — породнится с Маршаллом.
Бернард не мог заявить о причитающейся ему награде, если бы не имел на то основания.
Итак, она должна решить, кому верить. Сердцем и умом она на стороне Бернарда. А это означает, что, вернись он из похода на несколько месяцев раньше, до ее помолвки, она была бы теперь его женой, а не невестой Юстаса Маршалла. Чем больше Клэр об этом думала, тем все менее странной представлялась ей такая судьба.
Они с Бернардом вполне ладят друг с другом. Ее тянет к нему не только физически — она в восторге оттого, что он прислушивается к ее мнению и советам. Для мужчины это редкое и располагающее к себе качество. Так же, как и его чувство юмора.
Правда, порой он принимает поспешные решения и не продумывает все мелочи, как в случае ее похищения.
Клэр перекрестилась и опустилась на колени, а мысли были больше заняты тем, чтобы не привлекать к себе внимания, чем благочестием. Она смотрела на статую, и в лике Пресвятой Девы не находила ответа на свои вопросы. Да она и не рассчитывала на это — ответ она должна найти в своей душе.
Бернард отдал четыре года жизни, исполняя волю лорда Сеттона. Только за это ему полагается награда. Брак с ней для него невозможен, землю ему не дают — значит, необходимо получить золото, чтобы начать новую жизнь, а две недели ее жизни — ничто по сравнению с четырьмя годами риска, которому он подвергал себя.
Представитель семьи Сеттон обманул Бернарда, но она не станет следовать этому примеру и не предаст его. Когда он вернется в собор, то найдет ее на том же самом месте, где оставил.
Клэр устремила взор ввысь и стала молиться, чтобы Небеса поддержали ее решение.
На втором этаже дворца Бернард прохаживался по маленькому кабинету перед личными покоями епископа, ожидая, когда его примут. В руках он сжимал две реликвии. Наконец огромные медные двери растворились, и Бернард увидел мужчину в роскошных одеждах, следовавшего за секретарем. Епископ Уолтер был среднего возраста, лыс и худощав, но с уверенной осанкой, острым взглядом карих глаз и широкой, приветливой улыбкой.
Бернард склонился к протянутой руке епископа и поцеловал громадных размеров кольцо с рубином.
— Ваше преосвященство, — произнес он, — благодарю вас за то, что сочли возможным меня принять.
— Ну что вы, сын мой. Это я должен вас благодарить за визит. Брат Оливер сообщил мне, что вы — Бернард Фицгиббонз, но я все равно догадался бы. Саймон Блэкстон очень точно вас описал.
Бернард не знал, радоваться ему или нет. Кому еще в Дерли описал его Саймон?
— Саймон говорил вам обо мне? — спросил он.
— Как и обо всех вернувшихся рыцарях Черной розы. Я надеюсь увидеть вас всех. А теперь входите и скажите, что привело вас сюда.