— Хмм.
— Очень таинственно, правда? Когда был назначен день свадьбы, я отправила посыльного с письмом к архиепископу. Одному Богу известно, получил его Джулиус или нет.
— Клэр, почему Джулиус велел тебе поостеречься?
Отец считал всех своих отпрысков неудачными: Джин не родила сыновей, Джеффри не хотел стать священником, Джулиус не желал серьезно относиться к своим обязанностям наследника, а Клэр оказалась не такой кроткой и скромной, как ее мать.
Детьми они получали шлепок или порку розгой, но до отъезда Джеффри отец не пускал в ход кулаки. Теперь жестокие побои посыпались исключительно на Клэр.
— Джулиус прекрасно знал, какой нрав у отца. Поэтому-то он и сказал, чтобы я держалась подальше, пока его гнев не утихнет. И я прикинулась больной и несколько дней пролежала в постели.
Но когда она услышала, что отец собирается лишить Джулиуса прав наследования, то вышла из укрытия. Наверное, ей не стоило защищать брата — слуги потом отнесли ее, избитую, обратно в постель. Но ее доводы все же победили отцовскую злобу, и Джулиус остался наследником Дассета.
Бернард свернул Кабала с дороги в лес. Клэр не могла понять, зачем.
— Что-то случилось?
— Вот это-то я и хочу узнать.
В лесу, подальше от дороги, они остановились. Клэр не успела ничего сказать, как Бернард приподнял ее и произнес:
— Повернись.
Она перекинула ногу и оказалась сидящей у него на колене.
Бернард нахмурился.
— Что будет, когда ты вернешься домой? Тебе придется прятаться от отца?
— Скорее всего. — Клэр была тронута его заботой.
— Мне это не нравится. Выходит, отдавая тебя отцу, я подвергаю опасности твою жизнь.
— Я знаю, что должна за все заплатить. Ничего не изменилось… вот только две недели у меня была передышка.
Бернард нахмурился еще больше.
— Он станет бить тебя.
Клэр почти ощутила силу отцовского удара и подавила дрожь.
— Возможно. Он — мой отец и имеет на это право.
Бернард выругался.
Клэр было приятно сознавать, что Бернард, если бы мог, защитил бы ее от отцовского гнева. Но он не может.
— Бернард, пойми, что отцу я сейчас нужна целой и невредимой, чтобы в приличном виде предстать перед священником и дать обеты вместе с Маршаллом. Маршалл приезжает завтра, и его присутствие обеспечит мне защиту. Обещаю, я напомню отцу, что Маршаллу не понравится невеста в синяках. А отец не посмеет оскорбить Маршалла.
— Все это очень сомнительно, Клэр.
Она прижалась щекой к черной розе на его плаще. Точно она знала только одно — она любит благородного, красивого, смелого рыцаря.
— Спасибо за беспокойство, — сказала она. — Но тебе, однако, не помешает подумать о себе. На меня отец сердит, но от тебя придет в бешенство. Этот обмен может пройти не так гладко, как ты надеешься.
— У меня более чем достаточно причин, чтобы не доверять твоему отцу. Я выбрал рыночную площадь, потому что на ней много ходов и выходов. При первой же попытке вероломства с его стороны мы ускачем. — Он приподнял пальцем ей подбородок. Выражение его лица смягчилось. — А это значит, что нам придется искать другой способ, как выйти из этого положения, и ты, возможно, не попадешь домой еще несколько дней. Тебя это очень расстроит?
Она улыбнулась. Побыть еще немного с Бернардом!..
— Не очень.
Он едва коснулся губами ее рта.
— Тогда поедем и выясним, ждет ли нас твой отец.
Глава пятнадцатая
Бернард решил не появляться в Дерли, пока не подойдет время для передачи выкупа. Легче избежать поимки за пределами городских стен. Поэтому почти целый час они с Клэр прятались в роще около ворот, наблюдая за теми, кто входит и выходит: члены гильдий и крестьяне, священники из кафедрального собора и торговцы из отдаленных мест.
Бернард не сомневался, что Сеттон жаждет этой встречи. Ему нужна Клэр из-за желанного союза с Юстасом Маршаллом. И Бернард ему нужен, раз посмел не только открыто противостоять ему, но и потребовать изрядную сумму в золоте.
А Бернард хотел всего лишь справедливости. То, что теперь он предпочел золоту Клэр, уже не имеет значения. Он заключил с Сеттоном сделку, и сдержит слово. Если он не вернет Клэр отцу, как обещал, то сам будет не лучше Сеттона.
Он боялся за Клэр. Что отец может с ней сделать? Пусть у отца есть право наказывать дочь, но думать об этом больно и тягостно.
— Уже пора, — тихо произнесла Клэр.
Она стояла около Кабала, укутавшись в плащ. Опрятная, с высоко поднятой головой и прямой спиной. Готовая ко всему.