— Говори, что случилось.
Как это похоже на Хью. Твои дела — его дела.
— Через четыре дня я должен бросить вызов на турнире. Мне необходима пара пик, а также возможность немного попрактиковаться с твоей помощью.
— Вызов?
С глубоким вздохом Бернард сообщил:
— Мне отказали в обещанной награде, и поэтому я теперь должен бросить вызов, чтобы приобрести право жениться на Клэр.
— Выходит, возвращение домой оказалось совсем не таким, каким ты его себе представлял?
— Нет. И у Саймона то же самое. Кстати, он шлет тебе привет. У Ники тоже не все гладко. Так что приятно видеть, что твои планы осуществились.
Хью отрицательно покачал головой.
— Мой брат умер, а Елена… ну, ты с ней познакомишься. Вообще, я теперь хозяин Хейлуэлла.
Бернарду показалось, что Хью это не радует. Что ж, его можно понять, так как он собирался ненадолго задержаться в Хейлуэлле, чтобы отдохнуть, а затем возобновить свое участие в различных турнирах.
— Ты намереваешься ехать на турнир в Дассет?
Хью вновь улыбнулся.
— Я слышал о нем, но туда не поеду. Это в Дассете ты будешь бросать кому-то вызов? — Бернард кивнул. — Тогда надо постараться, чтобы у тебя были шансы на успех.
Целый день Хью подвергал Бернарда таким испытаниям, которые может вынести только опытный воин, да к тому же сильный и решительный человек. К вечеру, когда пришло время ужинать, тело Бернарда ломило от усталости, от тяжести пики, от неудачных ударов в мишень, а в ушах звучали ядовитые замечания Хью.
Бернард снял шлем и тряхнул вспотевшей головой. Хью слегка хлопнул его по плечу.
— Как в старые времена, — с улыбкой заметил он.
— Ха-ха! Почти. Я не сержусь на тебя. Пока не сержусь.
Хью погладил Кабала.
— Этот парень, по крайней мере, в отличной форме. Чего не скажешь о его хозяине.
— Знаю.
Рану словно зажгло огнем, как только он поднял первую пику. Бернард тренировался, не обращая внимания на боль, надеясь лишь на то, чтобы швы не разошлись.
— Мы отправим Кабала в конюшню, проверим твою рану и поужинаем. Самое тяжелое, что ты можешь сегодня поднять, — это Моди.
Бернард не отказался от помощи Хью, и они вместе вычистили Кабала, но по ступеням в башню он поднялся едва живой.
В караульной около двери Хью раскрыл стоящий на полу сундучок. Сняв тунику, Бернард огляделся — в комнате вдоль стен располагались несколько соломенных тюфяков.
— Обопрись о стену, — приказал Хью, и Бернард оперся ладонями о каменную кладку, а Хью снял повязку. — Немного кровоточит.
— Неудивительно, — ответил Бернард и сдавленно застонал, когда Хью пощупал рану.
— Швы лежат плотно.
— Хорошо.
Хью смазал рану мазью и стал накладывать чистую плотную повязку.
— Хью, ты что, решил меня удавить?
Хью тихонько засмеялся — он знал, что делает, и Бернард мог не волноваться.
— Готово. Вон там найдешь таз и полотенце, — сказал Хью, указав в дальний угол караульной. — А потом поднимемся наверх и посмотрим, каким ужином Елена собирается нас потчевать.
А Клэр сейчас, наверное, сидит за столом с Саймоном и Линнет, либо в комнате над аптекой, либо в «Королевском дубе». Скучает ли она по нему?
Он подошел к тазу и, сполоснув лицо, вытерся полотенцем.
Сегодня ночью она будет спать одна. Приснится ли он ей? Вот она ему обязательно приснится.
Бернард шел следом за Хью в залу башни. Помещение показалось ему скромным. На побеленных стенах висели гобелены, а несколько раскладных столов были накрыты к ужину. Слугами командовала невысокая темноволосая женщина. Но стоило Бернарду увидеть Мод, и он уже не мог отвести глаз от прелестного маленького постреленка, пытавшегося забраться на один из столов.
— Мод! — Громовой голос Хью эхом разнесся по комнате. — Посмотри, с кем я пришел.
Девочка слезла со скамьи и вперевалочку пошла по покрытому тростником полу.
— Неужели это Мод? Такая большая и так хорошо ходит. Да, это Моди. А вот она и улыбается. — Бернард, не обращая внимания на боль в спине, поднял малышку на руки и обнял. — Я скучал по тебе, кроха.
Довольная Мод хихикала, а Бернард с нежностью прижимал к себе ребенка.
— Мне бы хотелось завести такую же, Хью, — признался Бернард, вспомнив, как он мечтал о Клэр с малышом на коленях.
— Так давай: завоюй Клэр — и рожайте себе хоть дюжину.
У Бернарда дрогнуло сердце. Они с Клэр никогда не говорили о детях или о будущем. А вдруг он уже «наградил» Клэр ребенком? Это вполне возможно. От такой мысли спина вдруг перестала болеть, а в комнате сделалось светлее.