Онука покачнулся, упал на одно колено. Его рука — та, что была в виде пилы, врезалась в камень стены, дробя его словно податливое дерево.
Одной рукой Телобан обхватил противника за шею, другую запустил в полость головы. Его пальцы нащупали детали механизмов, покрытые чем-то слизким и липким. Практически все они вращались и слабо вибрировали внутри черепа Онуки. Ощущение было таким, словно он запустил руку в сосуд, доверху наполненной желеобразной массой, где в тесноте тёрлись друг о друга жёсткие тела угрей. Недолго думая, Телобан сгрёб все это в кулак и дёрнул.
Руки Онуки взметнулись вверх, пытаясь добраться до человека, но из-за того, что клинки были прямыми, негнущимися и длинными, сделать это было невозможно. Телобан нанёс следующий удар, буквально вырывая из тела Онуки липкие куски механизмов. Он так и не разобрался в том, что это были за механизмы и были ли они искусственного происхождения. По ощущениям скорее было похоже на кости и хрящи. Он увидел шестерню, словно бы изготовленную из куска какого-то материала тусклого белого цвета, а следом за ней на глаза ему попалась пористая словно кость на срезе трубочка — часть другого механизма. Перед тем, как в очередной раз запустить руку внутрь полости и извлечь очередную часть «механизмов», Телобан заглянул Онуке в лицо. Оно ничего не выражало. Ни боли, ни эмоций вообще ничего. А затем одним движением он вырвал остатки содержимого черепа Онуки и швырнул это в туман.
Онука оставил попытки добраться до Телобана. Обе руки-клинка пропахали в соседних стенах борозды. Медленно тело Онуки осело на мостовую. По конечностям существа пробежала мелкая судорога. Всё, конец.
Телобан знал это, и Ош тоже. Несколько раз паразит пытался принять другой облик, но всякий раз начинавшие медленно проявляться черты расплывались, и перед Телобаном оставался всё тот же гибнущий монстр из детских кошмаров: руки-клинки, металл, и ветошь.
Ещё пару минут Телобан стоял в переулке. Впереди был Дымный квартал, и каким-то непостижимым образом он знал, что выйди он сейчас из этого переулка, и сон прекратиться.
Паразит умирал или уже был мёртв, а это значило, что он отстоял собственное тело. И Телобан направился к выходу из переулка.
В этот момент стены по обеим сторонам неожиданно стали сдвигаться.
Телобан ускорил шаг, затем побежал.
Стены сближались с катастрофической скоростью, почти летели друг на друга, как две ладони в хлопке. Ещё немного — и они столкнутся, не оставив от него и мокрого места. Последние несколько шагов Телобан преодолел одним гигантским прыжком. Ему казалось, что мир вокруг готов рухнуть. Прыгнув, он перекатился. За его спиной здания сошлись с грохотом. Удар был такой, что фасады домов лопнули и по ним в разные стороны поползли трещины.
С другими домами в Дымном квартале происходило то же самое. Строения сталкивались словно мячи в игре, а некоторые и после этого продолжали двигаться, как будто стремились слиться воедино. И у некоторых это получалось. Даже сквозь туман было видно, как камень крошится, а дерево разлетается в щепу. Прямо на глазах один из домов рухнул под землю в образовавшуюся трещину. Раньше для того, чтобы добраться до чердака, нужно было преодолеть несколько лестничных пролётов, а теперь Телобан спокойно мог пролезть по его крыше, которая оказалась вровень с землёй.
Стараясь увернуться от сыплющихся с неба камней, Телобан побежал. Рядом рухнул булыжник величиной с голову. Ещё один пропахал землю впереди.
За его спиной здания продолжали смыкаться. Улица под ним дрожала и двигалась. Там, где только что стояла его нога, пробежала трещина, делящая улицу надвое. Дымка немного рассеялась — и Телобан увидел, что впереди ничего нет. Совсем ничего. Впереди была пустота. Это значило, что здания там либо рухнули, либо там их никогда не было. Это могло означать что угодно, в том числе и границы этого выдуманного мира.
Сон. Это только сон.
Уворачиваясь от летящих камней, Телобан споткнулся об одну бечеву, о другую, и полетел кубарем прямо в пустоту. Земля под ним накренилась и просела, и он рухнул в пустоту, где не было стен, домов и верёвок. Очевидно, в этом месте Дымный квартал кончался и всё, что окружало Телобана в этом сне — тоже.
СНАРУЖИ СНА
Открыв глаза, Телобан обнаружил себя совсем в другом месте. И хотя он по-прежнему находился в крипте, он оказался намного ближе к выходу, чем помнил. Словно некоторое время его телом управляли. Он быстро осмотрел ладони рук, покрутил кистями в стороны, ощупал живот, грудь, лицо, словно боялся обнаружить, что чего-то недостаёт. Кто знает, что мог сотворить захватчик с его телом. Всё что угодно. Особенно, если понимал, что сам — всего лишь временный гость, которого рано или поздно выгонят прочь. Интересно, погиб ли паразит с гибелью своего двойника в создании Телобана?
Подумав об этом, Телобан ощутил внезапный приступ тошноты. В желудке забурлило, затем убийцу скрутил неожиданный спазм.
Боль была такой, будто его разрывали изнутри. Спустя мгновение он догадался, что именно это было. Паразит не погиб, по крайней мере, его физическая часть. То, что он ушёл из создания Телобана, не означало того, что он покинул его тело полностью. Очередной спазм резанул изнутри. Телобан сложился пополам, широко раскрыв рот — то ли судорожно хватая воздух, то ли приготовившись кричать во всё горло. Но воздух не проник в горло шпиона, а крик не исторгся наружу. Всё, что вышло из Телобанова рта, было не более чем едва слышным писком. А следом наружу появилось нечто ещё более странное. Вначале показался тонкий отросток. Больше всего он напоминал растительный побег.
Телобан чувствовал, как его выворачивает наизнанку. Как будто огромный кусок проталкивается сквозь его пищевод в обратном направлении. И похоже, с каждой мучительной пядью этот кусок становится только больше. Ещё один отросток показался из Телобанова рта. Теперь, скосив глаза вниз, он мог видеть два черных хвоста, медленно шарящих в воздухе перед его лицом. Спустя некоторое время, в течение которого Телобан не мог ни дышать, ни кричать, ни даже связно думать, он увидел и самого паразита. Некоторое время существо балансировало у него перед глазами, а затем одним рывком извлекло собственное тело.
Для Телобана этот последний рывок сопровождался вспышкой оглушающей боли. Мир перед глазами померк. Он не мог видеть, как паразит выскользнул из его рта, зато хорошо слышал влажный шлепок. Существо упало на пол и растеклось маслянистым пятном, затем неожиданно собралось в пузырь. Пузырь превратился в подобие зверька на четырёх лапах, тонущих в луже. Похоже, Ош принял свою истинную форму. Существо обратило к Телобану острую морду, и завизжало.
Телобан ощутил поступающий комок тошноты, и на этот раз это действительно была тошнота. Однако вместо того, чтобы поддаться слабости и расстаться с тем, что было его сегодняшним завтраком, Телобан резко выбросил ногу вперёд и впечатал тварь в пол. Раздался оглушительный визг, который тут же превратился в едва слышное бульканье.
Однако Ош не собирался сдаваться просто так. Столетия перемещений из одного тела в другое научили его не только хитрости, но и сделали необычайно выносливым. Телобан не мог этого знать, но для паразита был не первый случай, когда он покинул тело и не переместился в следующее. Тела получали увечья, погибали или оказывались попросту неэффективными, а для того, чтобы найти нового носителя, требовалось время. Ош привык выживать и сопротивляться.
Телобан ударил ещё раз, но Ош уже перевоплотился. Он вновь растёкся сплошной лужей. От очередного удара пятно ускользнуло. Когда нога шпиона опустилась на пол, Оша там уже не оказалось, и «пятно» стремительно утекало в сторону выхода из крипты.
Преследовать паразита времени не было. Краем глаза Телобан отметил, что клирик на полу зашевелился и сделал попытку встать. Наверняка ударивший его человек в капюшоне посчитал, что покончил с ним одним ударом, поэтому не стал добивать. Телобан услышал стон, отвлёкся, и в это время Ош просочился в щели между камнями.