– Доброе утро… То есть день… Я имею ввиду… вечер… Здрасьте в общем… Жанна…
Жанна смотрела на него своими зелеными глазами и улыбалась. Она была намного дружелюбней, чем вчера в офисе Ганна в Калининграде. Но откуда она взялась в Москве?
– Я сама родом из Москвы, – произнесла она, смеясь и словно читая его мысли. – Вчера добила месячный отчет, и мы с Олегом решили взять несколько выходных. Сегодня первый день – суббота.
– А Олег тоже здесь? – Ди Рэйв был все еще в растерянности и снова подумал, что между этой девушкой и его другом что-то есть.
– Да нет же. Он ведь родом из Калининграда. Там и отдыхает. А я домой к сестрам приехала. – Она вдруг взяла его под руку, чем окончательно его обескуражила.
– Э-э-э-м-м-м… – только и смог сказать он, вытаращив на нее глаза.
– Симон, вы уж меня простите за мою резкость. Но такой я сложный человек. Назойливых кавалеров осаживаю резко и без компромиссов, – она стала расхаживать по площади, увлекая Ди Рэйва за собой. – А после вашего ухода мы с Олегом поговорили, и он поведал мне о вас. Рассказал, через что вы прошли на далекой планете. Как вы нашли сокровище и разделили его между друзьями. Признаться честно, я восхищена. Мое первое впечатление о вас было ошибочным. Простите.
– Н-н-у-у-у… – пожал он плечами.
– А лучше давайте я заглажу свою вину тем, что приглашу вас на ужин. Может, сходим в бар?
– Нет!!! – категорически воскликнул киномагнат, вспомнив вчерашний 'ужин' в баре.
– Может быть, у вас какие-нибудь предложения? – Жанна снова улыбнулась, да так лучезарно, что у Ди Рэйва кругом пошла голова.
– Э-э-э-м-м-м… н-у-у-у… Пойдем к Преголе… То есть к Москве-реке, я хотел сказать. Там экскурсия на катере.
– Согласна. Идемте. – Она крепче взяла его под руку. – Может быть, перейдем на 'ты'?
– Угу.
Они двинулись в направлении набережной.
***– Рональд проснись. Рональд, – послышался тихий голос. Кто-то тряс его за плечо.
Ловский вздрогнул и открыл глаза. Оказывается, он лежал на своей кровати, хотя припоминал, что упал в ванной комнате. Может, это приснилось? Его разбудила жена. Алиса, живая и здоровая, склонилась над постелью и, улыбаясь, смотрела на него.
– Дорогой. Тебе какой-то кошмар приснился, – нежным успокаивающим голосом произнесла она.
Неужели это действительно был всего лишь страшный сон? Необыкновенно реальный, жуткий кошмар. Вот она, родная, живая!
– Алиса, – выдохнул Ловский, ощущая блаженство и облегчение. – Милая.
– Рон, подвинься, пожалуйста. Я прилягу рядом. А то мне очень холодно. И у меня голова жутко болит, – жалобно произнесла жена.
– Что? – Рональд напрягся.
– Мне очень холодно. И у меня голова жутко болит, – повторила она, поворачиваясь к нему левым виском. То, что он увидел, было ужасно. В виске зияла большая дыра, залепленная спекшейся кровью. Из посиневшего левого уха струилась густая темно-бурая масса.
Ледяной холод пронзил Ловского насквозь. Страх обуял его.
– Мне очень холодно. И у меня голова жутко болит… – она протянула к мужу руки. Скрюченные, посиневшие пальцы тянулись к его шее. Она явно хотела задушить его.
Рональд завопил. Все происходившее было настолько ужасным, что рассудок вырвался из него вместе с криком. Ловский стал биться в истерике и отмахиваться от этого демона руками. Секундная вспышка в глазах, а может быть в сознании, и он оказался снова на полу ванной комнаты. Он перестал кричать. Значит, все это ему приснилось. Ловский медленно поднялся на ноги. Выходит все это, правда. Он убил Алису, и теперь она лежит замороженная в соседней ванной комнате. Рональд осторожно подошел к двери, за которой лежало тело его мертвой супруги, и прислонился к холодному пластику.
– Прости меня, – прошептал он, – прости…
– Открой!!!
Ловский вздрогнул. Что это было?
– Мне холодно!!! – снова тот же дьявольский голос не то из-за двери, не то в его голове. С психикой несчастного мужа происходили страшные вещи.
– Алиса, – тихо позвал он, постучав по двери.
В этот момент его воображение преподнесло ему новый неприятный сюрприз. Что-то сильно ударило в дверь С ТОЙ СТОРОНЫ! Рональд ясно это почувствовал и отпрыгнул от нее. Он снова закричал, охваченный ужасом и бросился бежать, не ведая куда. Промчавшись через гостиную, он врезался в окно и, выбив своим телом стекло, вылетел на улицу. Прямо в царившую там ночь.
Сами по себе люди не умели летать, и Рональд не был исключением. Поэтому полет с пятого этажа имел все шансы стать для него роковым. Но на свое счастье, Ловский влетел в крону растущего у дома тополя, у которого уже стали появляться первые листья. Ломая ветки и взвизгивая, Рональд благополучно добрался до земли и остался жив.