Вновь громыхнуло, но уже сильнее, и, вроде бы, несколько раз.
Странно, конечно, думать о таком, но медленно стихающие голоса принуждают, ведь среди благодарностей не мало проклятий, и хочу я или нет, те скажутся с течением времени. Ведь все мысли материализуются, скапливаясь в инфосфере мира. Так, когда набирается критическая масса мыслей о войне, та происходит, и чем больше людей о ней думали, тем кровопролитнее та будет. Вымысел? Не думаю, ведь сам не единожды сталкивался с подобными вещами, а в эру молниеносного распространения информации на огромные массы людей накапливание происходит в разы быстрее. Ведь кто так не влияет на мысли, как телеканалы, убеждающие в том или ином, а мир реагирует, и очередная горячая точка вспыхивает где-нибудь в одном из нестабильных регионов.
Вот именно сейчас я вспомнил случай, когда один генеральный директор захотел себе гараж возле дома, построил, вот только тот оказался рядом с другими домами, имеющими множество квартир. Вот ходил он за своей машиной, ходил, пока не слег с инсультом, от чего пришлось ему передать строительный бизнес одному из сыновей. После такого задумаешься, что людское слово имеет силу, особенно, если массовое, а благодарностей тому заслуженному строителю было множество, уж очень хорошо строила его шарашка. И сразу же, если посмотришь на зажиточных и известных людей, сразу начинаешь понимать, от чего у тех так все не складывается в жизни, не смотря на достаток. То болезнь неизлечимая, то дети дегенераты и наркоманы, то ещё какая зараза…
Нет, определённо, воздастся мне за мои деяния, и лишь бы мне, но не моим детям. Упасите, Боги, их от слова людского, и пусть все перейдёт на меня, а я отвечу за всех, лишь бы род мой здравствовал.
- Огнеслав! - раздался голос Емельяна: - Вставай! Своды рушатся!!!
- Своды? – поднимаю свой взор к потолку.
Нависающие над руинами города каменные пласты, испещряясь глубокими паутинами трещин и отделяясь, срывались, цепляясь за соседствующие, пока ещё держащиеся куски. Раскатистый треск отражался от породы и смешивался в единый гул, когда очередные глыбы, низринувшись, разбивались о твердь, усыпанную останками города. Следующие отделяющиеся куски уже были больше в размерах и те вскоре сорвутся, устремляясь вслед за предшественниками, чтобы разбиться оземь и поднять ещё больше удушающей пыли, стремящейся сокрыть под собой вырастающие горы завала, готового поглотить некогда обширную пустоту подземелья.
Благостное дуновение обняло, вливая бодрость и придавая сил, я открыл глаза, и тут же разум очистился, образы истаяли, голоса стихли. Меня уже ждали, проявляя при этом терпение.
- Уходим!!! – голос Емельяна прорвался сквозь гул обрушения.
- Сюда-а-а!!! Все сюда-а-а!!!
Вскакиваю, подаваясь всем телом вперёд, ноги сами собой согнулись, отправляя меня в долгий прыжок, когти высекли искры, тут же исчезнувшие в клубах настигающей пыли. Волчьи тени замелькали, сопровождая и уклоняясь от падающих обломков.
Тело знает, что ему делать, изгибаясь и выпрямляясь для очередного пряжка, уводящего из-под каменной глыбы, разлетающейся осколками в смертельной близости. Доспехи послушно изменились под форму звериного облика, исправно защищая от каменной шрапнели, со звоном отлетающей от мифрила. Когти на лапах высекают искры, оставляя глубокие борозды, тут же поглощённые тяжёлыми взвесями каменной крошки. Влево-вправо, влево-вправо, прыжок, двойной прыжок, рывок и вновь уклонение в сторону с последующими метаниями.
Мгновения, показавшиеся вечностью, гонки под гимн камнепада, и падающие на голову глыбы остались позади, не в силах проникнуть внутрь тоннеля. Десятка два шагов, и гул наконец стих, не в силах преодолеть завалившие выход куски породы, придавливаемые падающими следом глыбами.
- Все успели? – послышался голос.
- Вроде бы все.
- Не вроде бы, а точно знать надо.
- Так точно, все!
- Отлично. Огнеслав, как ты? – лишь сейчас, когда гул внутри головы слегка стих, я распознал голос Воислава.
- Живой.
- Вижу. Голова как?
- Голова? А что с ней?
- Да так, ничего, всего лишь булыжником слегка приложило.
- Да? Нормально вроде, только чуть гудит. Жить буду.
- Лечилку наложите на Огнеслава, и идём дальше, наши уже ушли порядочно.