С улицы донёсся конский топот и звяканье уздечки. Легко скрипнули створки, впуская внутрь человека. Дин поднял голову и едва не подавился, разглядев вошедшего. Это был шериф. Чёрная шляпа, серая рубашка, джинсы и ярко блестящая на груди бляха. На вид лет пятьдесят, плечи опущены так, словно на них лежит вся тяжесть мира. Дин проглотил фасоль и уткнулся взглядом в стол, стараясь не поднимать голову, он исподлобья следил за шерифом. Тот, угрюмо оглядевшись, медленно направился к бару, его шаги гулко разносились по помещению под аккомпанемент звякающих шпор.
— Шериф Адамс! Рад видеть, рад, — провозгласил Бакстер, опираясь на стойку.
— Привет, Бак, — шериф уселся на стул и бросил перед хозяином салуна несколько листков бумаги, которые держал в руке. — Вот, развесишь потом у себя на входе.
— Снова розыск? — не глядя на листки спросил Бакстер, и полез под стойку. Оттуда донеслось звяканье.
— Да, с утра пораньше на почтовом поезде привезли.
— Тебе как обычно?
— Да.
Бак поднялся, держа в руках бутылку с виски.
— Разбавляю?
— Конечно, полдень ещё, — шериф вздохнул, явно жалея, что до вечера далеко. — Что нового?
Дин сидел не жив ни мёртв. Наверняка на тех листовках есть и он. Вот теперь всё стало совсем плохо, рука обречённо выпустила ложку, он почувствовал, как начала нарастать паника. Если его поймают, то повесят, никто не будет разбираться, что это была его первая попытка ограбления. Скоро время, отведённое ему на завтрак, закончится, а еды ещё полно, Бак подойдёт за деньгами и вряд ли согласится говорить шёпотом, чтобы шериф не услышал, а значит, тот обратит внимание на их перепалку, и вот тогда ему, Дину, конец.
Сердце билось как бешенное, остановившимся взглядом парень смотрел в тарелку, ставшую причиной его будущей гибели. А ведь он всего лишь хотел поесть…
Бросив быстрый взгляд на часы, он рвано вздохнул. Ещё двадцать минут ему осталось быть свободным человеком. Быть может шериф успеет уйти? Но нет, он устроился на стуле весьма основательно, положил шляпу на стойку и, медленно потягивая виски, беседовал с Баком.
Нет, нет, нет.
— Слушай, Мэнфорд, там, похоже, твоего коня воруют, — меланхолично сообщил хозяин салуна, прислушавшись.
Дин навострил уши, и действительно услышал недовольное лошадиное пофыркивание и какое-то звяканье. Неужели?..
— Ага, — тем же тоном ответил шериф. — Плесни ещё.
— Так значит, Девон-младший всё еще не отказался от своей затеи — увести твоего коня? — поинтересовался Бак, доставая бутылку.
— Пока нет, спор-то он у тех парней проиграл, вот и старается. Вот только мой конь поумней всей Девоновской семейки будет. У индейцев увели, дрессированный как собака, я тебе рассказывал, как его к себе приучал?
— Много раз, — хмыкнул Бак.
— Ну да, он же только этих краснорожих за хозяев считал. Ну-ка, слушай.
Возня на улице возобновилась с новой силой, потом последовал громкий вопль и наступила тишина.
— Укусил, — довольно заключил шериф, снова приложившись к стакану.
— А ведь этот паразит должен сейчас на кухне быть, посуду драить, — Бак хлопнул себя по бедру. — И за что только я ему деньги плачу. Бегает он, видите ли, вокруг салуна, лошадей крадёт.
— С такими наклонностями недолго ему бегать осталось.
— Это точно.
Они замолчали, а Дин со стеклянными глазами лихорадочно раздумывал, что делать, но тут снова раздался лязг уздечки и фырканье.
— Нет, ну он совсем обнаглел, — в секунду разъярился Бакстер. — Энгус! А ну иди сюда!
Дверь в кухню распахнулась и в зал вбежал испуганный парнишка с лохматой копной рыжих волос.
— Ты… Ты же там, — озадаченный, хозяин салуна кивнул головой на улицу. — Коня воруешь.
— Нет, вы что, — глаза паренька забегали, а потом он ляпнул. — Он меня укусил за руку и я сразу обратно.
— Не понял, — шериф тяжело слез со стула и пошёл к выходу. Примерно на полпути его заставил перейти на бег, удаляющийся от салуна галоп. — Куда?!
Он выскочил на улицу, а за ним тут же потянулись все остальные, даже выпивохи побросали карты, и галантно пропустив Сэнди, просочились наружу. Зал опустел, остался сидеть лишь Дин.
— Индеец! — раздалось дружное оханье, едва прорвавшееся через яростные вопли шерифа, похоже, отправившегося в погоню на своих двоих.
Дин подскочил на стуле и едва не завопил от радости. Схватив с соседнего стула сумку, он распахнул её и не разбираясь вывалил оставшуюся еду внутрь, хотя и успел порадоваться, что фасоль он съел и не придётся потом ковыряться в этой жиже. Теперь ему хватит еды до самой Калифорнии.
К моменту возвращения Бакстера, пока остальные еще обсуждали на улице происшедшее, он кусочком лепешки протирал тарелку, а потом, на глазах изумлённого хозяина бара с удовольствием отправил его в рот. И победно взглянул на часы.
— Я успел! — провозгласил он, поднимаясь из-за стола. Ему было стыдно за этот обман, но листовки, лежащие на стойке буквально жгли ему пятки, хотелось только побыстрее убраться и из салуна и из Дьюарка.
— Ну, ты силён, парень. Ничего не скажешь, — лишь покачал головой Бакстер, заходя за барную стойку. — Не ожидал, не ожидал.
— Я тоже, — вырвалось у Дина. — Всё было очень вкусно… Я могу идти?
— Кто ж тебя держит, — улыбнулся Большой Бак.
Дин быстро рванул к дверям, но его остановил негромкий окрик.
— Эй, парень!
Внутри всё оборвалось. А вдруг он решит проверить сумку? Дин медленно обернулся.
— Я просто хотел сказать, — Бакстер вдруг легонько улыбнулся, а его рука скользнула по листовкам, которые принёс шериф. — Будь осторожен… Диего.