"Дом ветров" Цитураса, как было написано в каталоге, получил свое имя благодаря коллекции рисунков из путевых заметкок Джеймса Стюарта и Николаса Ревета, публиковавшихся под заголовком "Наследие античных Афин" (Лондон, 1762-1816), в которых, в частности, описана и древняя "Башня ветров".
- Господин Цитурас с нетерпением ждет встречи с вами, - сказала Зозо Лидорики. - Вероятно, в конце вашего пребывания, на выходные, он приедет на Санторин. Это просто прелестный человек. Он уверен, что вы сможете насладиться островом, особенно в таких прекрасных условиях. А что уж говорить о завтраках у "Цитураса"!.. Жалко, правда, что мы летим, а не добираемся морем. Только с борта судна можно по-настоящему оценить величие встречи с Тирой.
В разговоре с нами Зозо тоже называла остров разными именами.
- Подход к острову с моря возможен у его более высокого берега, почти отвесного, представляющего собой гладкую вулканическую породу черного цвета, продолжала она. - И вся эта сторона острова усыпана типичными для Санторина молочно-белыми домиками... Аэропорт расположен в другой, почти ровной части острова, среди довольно однообразного пейзажа.
Я закрыла каталог Цитураса. Нас пригласили пройти на посадку. На летном поле стоял маленький двухмоторный самолет с пропеллерами. Мне стало страшно. До сих пор я на таких не летала. Мой страх высоты достиг крайнего предела.
Самолет издавал оглушающий шум, так что звуки голосов расслаивались и дрожали. Я молила Бога, чтобы мы как можно скорее снова оказались на твердой земле, избавились от этого ужаса, от неестественного состояния, в котором находится человек, когда он передвигается по воздуху. На протяжении полета до меня доносились отрывки того, о чем разговаривали Зозо и М. Госпожа Лидорики то на карте, то через левые и правые окна показывала острова архипелага Киклады, над которыми мы пролетали. Она говорила о том, что эти острова, лежащие на юго-востоке от Афин, совершенно непохожи на другие и в географическом, и в геологическом смысле:
- Все эти острова... - она не могла вспомнить нужное слово по-английски, они, как та пьеса Ионеско про певицу...
- Лысые, - подсказал М.
- Да, лысые. Все они, словно части одного и того же очень большого острова. А вот видите здесь, - и она показала на карту Киклад, - это Тира, Санторин.
Остров был похож на зеркально отраженную букву "С", на слишком загнутый серп, на прорванный круг, в самом центре которого виднелась дрожащая точка крохотный осколок суши. Островок в острове.
*
Наконец-то мы пошли на посадку. Вид за окном действительно не вдохновлял. Какая-то желтоватая пустошь. Самолет коснулся посадочной полосы, и я облегченно вздохнула. Спустившись на землю, я сделала нечто мне совершенно не свойственное, чего никогда не делаю. Это был весьма патетический жест. Я наклонилась и рукой дотронулась до земли. Мне-то это показалось совершенно естественным, ведь я так страстно жаждала попасть сюда. Но М. подумал, что я споткнулась, что я могу упасть, и заботливо подхватил меня под руку. Таким образом, мы вместе прикоснулись к земле - к Тире. Он сделал это через мое прикосновение.
Перед зданием аэропорта нас ждал молодой человек, который должен был везти нас на машине. Мы поздоровались с ним по-гречески, а он ответил на сербском. Оказалось, что зовут его Зоран, что в настоящее время он работает на Санторине, хотя вообще-то уже два года живет в Афинах, где изучает старинную греческую музыку и пишет работу по сравнительному анализу этой музыки с древней сербской и византийской. Он тут же засыпал нас информацией об острове. На наш вопрос о происхождении нового, итальянского имени - Санторин, он объяснил, что Киклады почти два века были под властью Венеции.
- Имя Санторин происходит от святой Ирины. На острове и сейчас живет много католиков и есть их церкви...
Преодолевая подъем к Фири, главному городу острова, - на машине, пока еще было возможно, потому что дальше нам предстояло взбираться по ступенькам и тропинкам или пользоваться канатной дорогой и ослами, - Зоран сказал:
- Город прекрасный, но только в нем почти все новое. Знаете, последнее извержение вулкана здесь было сорок лет назад, тогда же произошло и землетрясение, которое почти все разрушило.
Так мы узнали самую главную информацию об острове - на нем находится живой, действующий вулкан.
На перевале горной гряды, которая отделяет "вулканическую" часть острова, куда мы направлялись, от безличной равнины, с которой мы поднимались наверх, нас ждал еще один молодой человек. Одет он был небрежно, но костюм на нем был дорогим, а темные очки "Ray Ban" отражали нас и скрывали его. Зозо Лидорики представила нам директора комплекса "Цитурас", а он на ломаном сербском языке сказал, что одно время изучал в Белграде теологию, но потом бросил, а теперь вот будет заботиться о нас здесь и зовут его Натанаил.
- Прекрасно, - сказал М., и как раз тут перед нами открылся совсем другой пейзаж, другая сторона острова с морем и совершенно иным небом. - У меня с собой греческое издание "Пейзажа, нарисованного чаем", я его подпишу и подарю вам. Там есть один герой, ваш тезка, его тоже зовут Натанаил, хотя у него есть еще и другое имя. Не знаю, правда, как вам это понравится, но что же делать...