- Вы проделали весь этот путь и так много сделали для меня, - говорю я. - И бензин не дешевый. Я могла бы заплатить...
Выражение лица Лэндона совпадает с выражением лица Ривера. - Скайлар, я говорю это настолько уважительно, насколько могу, но никогда больше не спрашивай нас об этом, - говорит он.
- Мы сами можем платить за бензин, - добавляет Ривер, ища мой взгляд. - Зачем тебе... - Затем на его лице появляется понимание.
- Кто-нибудь когда-нибудь просил у тебя денег на бензин? - Добавляет Лэндон.
Мое молчание - это единственный ответ, который им нужен.
Джейсон ненавидел ходить в гости. Он сказал, что я живу слишком далеко и может приехать, только если дам ему денег на бензин.
Или если бы у меня была Течка.
- К черту это, - добавляет Ривер, роясь в своем бумажнике. Он достает карточку и вкладывает ее мне в руку. - Если тебе когда-нибудь что-нибудь понадобится, - говорит он.
Я в шоке смотрю на кредитную карточку. - Что? Тебе не обязательно...
- Ты живешь одна, и случается всякое дерьмо, - огрызается Ривер. - Мы не можем бывать здесь так часто, как хотелось бы. Держись за это. Используй ее.
Я ошарашенно смотрю на него. - Ты не можешь говорить это всерьез, - говорю я. - Я более чем способна сама зарабатывать деньги...
- Скайлар, пожалуйста, - настаивает Лэндон. - Он прав. Мы не можем быть здесь все время. Позволь нам позаботиться о тебе, милая.
Моя внутренняя Омега в восторге делает десять сальто назад.
Я никогда не собираюсь ею пользоваться. Но именно стоящее за этим намерение заставляет мое сердце замирать.
Я киваю. - Хорошо, - шепчу я. – Спасибо вам.
Лэндон одаривает меня улыбкой. - А теперь иди сюда, - говорит он. - Нам нужно многое обсудить.
Я стою с ними за кухонным столом до позднего вечера, отвечая на вопросы и обсуждая их выводы.
Надежда вновь разгорается в моей груди.
Я скучаю по тебе, Эйприл.
Но я найду тебя.
27
ВИНСЕНТ
В баре тихо в среду вечером. Он такой же безрадостный, каким я его помню, а дешевые стойки покрыты пятнами от многолетнего использования. Мой не слишком впечатляющий бокал хорошего виски остается нетронутым, пока я осматриваюсь по сторонам.
Все как в старые добрые времена.
Я не был здесь целую вечность.
- Привет, старина, - ворчит чей-то голос, и я оборачиваюсь, чтобы увидеть Ривера в его поношенной коричневой кожаной куртке и рваных джинсах. Под его глазами больше темных кругов, как я помню в последний раз.
Я думал, что хуже он выглядеть не может.
- Ты выглядишь так, словно постарел лет на десять, - бормочу я в ответ. Последний раз, когда мы виделись, закончился не очень хорошо, и мне не нужно, чтобы он уже начинал нести чушь.
Я старше его на двенадцать лет, но мне не нужно об этом напоминать.
Мне, блядь, сорок четыре года.
- А ты - воплощение здоровья, - огрызается он в ответ, и я вздыхаю.
Несмотря на то, что я был затворником, я не перестал вымещать свое разочарование в спортзале. Но у меня вошло в привычку пить кофе и энергетические напитки без особого аппетита к еде.
Я перенял привычки Ривера, за которые когда-то срал его.
- Какого хрена ты здесь делаешь? У меня нет времени на твою чушь, - говорю я, когда он садится на стул рядом со мной.
- Из того, что я слышал, у тебя есть все время в мире, - возражает он, прищурив глаза.
- Нет, придурок, у меня нет времени на тебя, - говорю я, барабаня пальцами по барной стойке. - Я дал Лэндону две минуты. У тебя есть одна.
- Придурок, - бормочет он себе под нос. - Прекрасно. Нам нужна твоя помощь. Я уверен, что он тебе это сказал.
Я киваю. - Да. Какая-то Омега в Айлтоне. Лэндон сказал, что я могу помочь подергать за ниточки.
Глаза Ривера сужаются. - Она не просто какая-то Омега, - огрызается он, и мои глаза слегка расширяются.
- Вау. Значит, ты у нее тоже есть, да? Вы с Лэндоном интересуетесь одной и той же девушкой? Что изменилось? Ты теперь не работаешь по шестнадцать часов в сутки?
Он фыркает и ерзает на стуле. Он закусывает губу, и я могу сказать, что он хочет в чем-то признаться.
Раньше, когда мы еще были партнерами, я мог критиковать его за его дерьмовость. Но теперь динамика изменилась, и мой слегка искривленный нос после того, как он ударил меня, показывает, насколько сильно.
- Пошел ты, ладно? - Восклицает Ривер, хлопая рукой по стойке, заставляя нескольких посетителей повернуть головы в нашу сторону. - Я не хотел быть здесь. Я не хочу с тобой разговаривать, не говоря уже о том, чтобы смотреть на твою гребаную физиономию. Я делаю это для нее. Так ты поможешь или нет?
Я слегка ошеломлен. Ривер почти поклялся отказаться от каких-либо отношений или чувств к кому бы то ни было, и теперь он встречается со мной, чтобы попросить об одолжении.
Интересно, какой горькой показалась на вкус его гордость, когда он проглотил ее.
- Расскажи мне об этом подробнее, - наконец говорю я.
- Ее лучшая подруга пропала, ясно? И у нас недостаточно времени из-за всех этих передозировок O , чтобы приложить необходимые усилия .
О.
Неудивительно, что Ривер не хочет быть здесь.
- Послушай, после всего, что произошло, я знаю, ты не хочешь этого делать, но...
Я невесело усмехаюсь и качаю головой. - Ты гребаный идиот. Иди домой.
Ноздри Ривера раздуваются, и я готовлюсь к драке.
- В полиции Айлтона есть один детектив. Один, и они заняты O делами. Нам много не нужно. Просто посмотри, что у нас есть, поговори с ней один раз...
- Ты, блядь, не в своем уме, если думаешь, что я работаю над делом о пропавших людях, - говорю я низким голосом. - Оставь меня, блядь, в покое.
Его глаза сужаются. - Блядь, ты можешь просто, блядь, послушать секунду? Причина, по которой мы спрашиваем, заключается в том, что ты лучший частный детектив, которого мы знаем. Ты специализировался на пропавших людях! У тебя больше контактов..
- Нет. Отвали.
- Черт возьми, Винс. Ты не можешь позволить этому дерьму преследовать тебя вечно. Мы остались, а ты нет. Ты у нас в долгу.
Мои кулаки сжимаются.
Было бы так легко послать его нахуй, но он прав.
Они остались.
Даже после того, что мы все трое увидели, Лэндон и Ривер остались.