Пройдя в гостиную, она резко остановилась. Дыхание перехватило от испуга. В одном из кресел сидела мужская фигура. Лица было не видно, голова была опущена, так словно он мертв. Руки лежали неподвижно на подлокотниках кресла.
Ей даже в голову не пришло закричать. Единственное, что она сделала, это отступила на несколько шагов назад и попыталась нащупать стену с выключателем. Ей было страшно, но в тоже время страх не заполнил все ее мысли и позволил объективно оценить ситуацию. Теперь в голове крутилась мысль, что это всего на всего ее воображение, и когда появиться свет мужчина исчезнет.
Пытаясь нащупать выключатель, она ударилась локтем о косяк двери, отчего мужчина поднял голову:
— Почему ты еще не спишь? – раздался мужской голос, в котором она узнала своего мужа.
Она ничего не ответила, только попыталась развернуться, чтобы убежать наверх, но голос Руслана ее остановил:
— Ты мне не ответила – его голос казался таким усталым, словно он находиться в полудреме, – Почему ты еще не спишь? – повторил он.
— Я уже спала, только спустилась на кухню попить воды.
— Кухня в другой стороне – заметил он.
Вдруг резко включился светильник, что стоял недалеко от него, и комната приобрела янтарный цвет. Хозяин, что сидел в кресле, казался и вовсе бледным, на нем не было лица. Его усталый взгляд был устремлен на нее. Он смотрел не отрываясь, без слов, будто пытаясь прочитать все ее мысли. Но затем, опустил глаза.
В ее голове прояснилась одна мысль – он был пьян. Теперь ее страх усилился, почти до паники. В такие моменты она впадала в оцепенение и не могла пошевелиться, как кролик перед удавом. Единственное, что она смогла, это произнести:
— Я хочу вернуться в свою комнату.
— Нет – Руслан покачал головой в знак отрицания – Сегодня, ты выслушаешь все, что я хотел тебе сказать, вот уже год.
Он взглянул на нее и увидел ужас на лице, от которого ему самому стало не по себе. Встав с кресла, он сделал несколько шагов к ней, но она еще сильнее вжалась в стену. Теперь уже он был изрядно напуган реакцией своей жены. Попытавшись снова сесть в кресло, он немного пошатнулся и ударился рукой о подлокотник. Внезапно до него дошло:
— Я не пьян – его слова звучали четко. – Точнее, я выпил, но совсем немного. Сегодня, на свадьбе, моего друга Антона, я… правда, тебе о нем совсем ничего не рассказывал… ну, да ладно – он глубоко вздохнул, будто пытаясь справиться с нарастающим волнением – У него очень хорошая жена, я ее видел. И знаешь еще, что… я никогда не испытывал ни к кому зависти, а сегодня, я по настоящему завидовал им обоим. Они казались очень счастливыми… Совсем не похоже на нашу свадьбу.
Он откинулся на спинку кресла и продолжил:
— Ты помнишь нашу свадьбу?
Она лишь отрицательно покачала головой.
— А вот я помню, все до секунды. Кажется, что это было совсем недавно, хотя прошел уже почти год. Ты тогда была совсем другая, не такая замкнутая. Хотя иногда я и не понимал, что твориться у тебя в голове, но мне это нравилось, то, как ты открывалась мне понемногу. Я и представить не мог, что после свадьбы ты замкнешься в себе. Что произошло? Я сделал что-то не так? Я выслушаю все, что ты мне скажешь, я не могу жить так постоянно, будто мы чужие люди. Я просто хочу понять. Расскажи!
Она стояла в полном непонимании, того что происходило. Прежде спокойный и расчетливый человек, вдруг превратился в чувствительного и ранимого. Она никогда не видела его таким. Возможно, на него подействовал алкоголь. Зная, что она не выносит пьяных, он прежде относился к этому с уважением и бросил пить, но неужели все снова началось. Она вдохнула поглубже, дабы не выдать свое волнение:
— Сейчас очень поздно, я уже хотела ложиться спать…
— Ты снова уходишь от разговора – его раздражение нарастало. – Почему мы не можем один раз поговорить, чтобы все решить и понять, что делать? Неужели это так сложно!?
— Я не знаю о чем вы. Я всегда была такой, с момента нашей встречи…
— Опять Вы? Почему, ты продолжаешь обращаться ко мне на Вы?
У нее не было ответа на этот вопрос. Она делала это по привычке, которая выработалась у нее за долгие годы, что она провела в своей семье. К матери она обращалась на Вы. Она сама ее так учила и не любила, когда Аня называла ее мамой. Теперь в ней была неловкость обращаться к старшим на Ты.