С ходу можно было сказать, что она была довольно симпатичной девушкой, а её улыбка запоминалась при первой же встрече. Карие глаза этой девушки манили каким-то необъяснимым теплом, а её маленькие веснушки у тоненького носа необъяснимо хорошо смотрелись на её лице. Недлинные тоненькие тёмные брови очень аккуратно и плавно росли вдоль глаз, хорошо сочетаясь с гладкой, как у младенца, кожей. В ушах у неё были миниатюрные белые серёжки, блестящие за её гладкими волосами.
– Привет… – стесняясь, сказала незнакомка.
– А, кстати. Знакомьтесь, это моя помощница.
– Помощница? – с недовольством она посмотрела на Крейнзира.
– Ну, то есть… напарница.
– Меня зовут Ира, а вас?..
Мальчики ещё пару секунд неловко молчали, после чего Эдик резко представился. Даня от неожиданности посмотрел на друга, а потом, очнувшись, наконец, ответил, сказав: «А я ээ… Даня». Девушка попыталась повлиять на эту молчаливую обстановку и предложила гостям попить чай и перекусить.
– Да, спас-с-сибо…
– Эээ… а я вроде не голоден. – Запинаясь, ответил Даня.
– В смысле, не голоден? Пацан, я думаю, вы задержитесь у нас надолго, так что лучше перекуси. – Вмешивался Артём. – Через полтора часа нам нужно будет отправиться в лес.
Артём отвёл ребят на кухню и усадил за небольшой деревянный стол с четырьмя тонкими ножками. Около дверного проёма там располагалось огромное окно, слева от которого вдоль стены располагалась лестница, ведущая на второй и третий этажи. На коричневатом подоконнике стоял горшочек с маленьким кактусом и баночка с водой, а справа от дверного проёма стоял холодильник.
Справа от холодильника располагалась небольшая угловая кухня, а сзади стола было небольшое одноместное кресло зеленоватого цвета. Пока ребята мыли руки, Ирина накладывала из маленькой серой кастрюльки, стоящей на электрической плите, крупу, похожую на гречку, а Артём тем временем грыз буханку ржаного хлеба.
– Скажите, а откуда… вы берёте электричество? – почёсывая щёку, спрашивал Даня. – Вы же живёте… отдельно от остальных, в глуши…
– В общем, я сделал большой мотор, который включается каждый раз, как кто-то пробежит полчаса на беговой дорожке со скоростью в 30 км/ч. Когда мотор включается, он начинает сильно раскручивать два колеса, к которым присоединены кабели. Колёса раскручиваются очень быстро, и даже когда мотор перестаёт работать, они продолжают крутиться ещё какое-то время. За это время, до полной остановки колёс, вырабатывается достаточно электричества, чтобы его хватало на 12 часов. Каждый день я пробегаю дважды по полчаса, и ещё столько же по 15 минут пробегает Ира. – Неразборчиво говорил Крейнзир, продолжая жевать хлеб.
– То есть… электрич-ч-чества у вас даже больше чем н-н-нужно?
– В каком-то смысле, да. Иногда мне требуется дополнительное электричество, чтобы его хватало на мои эксперименты и зарядку каких-либо вещей, например, этих сферических гранат.
– Я же говорил тебе, что это гранаты! – с ухмылкой сказал Даня.
– Вот! Ешьте, ребята! – ставя тарелки на стол, прерывала Ира.
– Сп-п-пасибо!
– Да, приятного аппетита. – Дожёвывая эту буханку, говорил Артём.
– Кстати, а как вы оказались здесь? – минутой позднее спросила Ирина.
– Ну, это долг-г-гая история…
– Если вкратце, то… благодаря этой стекляшке… – показав осколок, ответил Даня.
Девушка, почесав лоб, на минуту замолчала, вспоминая истории, что ей рассказывал Крейнзир об осколках и других измерениях. Эдд уже доел кашу, а Данила что-то водил ложкой по крупе и почти не ел.
– Что ж. Ира, тебе не показалось. Эти мальцы как-то умудрились проникнуть сюда, захватив с собой осколок. – Подметил Артём. – Ты чего, кстати, не ешь, Даня?
– Не знаю… Я, просто, всё ещё не понимаю… – Задумался Даня. – Где мы, что происходит, что это за осколки и как они вообще могут воздействовать… на пространство?
– Поверьте, вам сейчас лучше не задаваться этими вопросами. Вы всё равно многое можете не понять. Сейчас я советую поесть, чтобы набраться сил, а потом уже будем разбираться и обсуждать. Я расскажу всё, что вы должны знать и, по возможности, отвечу на ваши вопросы.