Вот, он уже прошёл перекрёсток двух дорог, где постоянно ломались светофоры и случались аварии. Совсем рядом был переулок, где в последний раз он видел своего брата. И тут, внезапно, из-за угла на конце улицы выезжает на огромной скорости машина, за рулём которой сидел отец Артёма. Этот момент, словно на паузе, запечатлелся в глазах мужчины, так давно не видевшего свою семью.
Но машина проехала мимо Крейнзира, а прямо за ней ещё пять милицейских машин, которые гнались за нарушителями. Артём остановился и наблюдал за этой погоней, началась перестрелка. В панике, отец совершил ошибку и на огромной скорости навернулся на повороте перекрёстка, врезавшись в машину, которая только-только поворачивала на главную дорогу.
Произошла очередная авария, прямо на этом злосчастном перекрёстке, и из машины, пробив лобовое стекло, вылетел брат Артёма. Он пролетел несколько метров и врезался в ограждение возле дома. Весь израненный, он еле шевелился, видимо, сломав позвоночник. Артём тут же помчался к брату, несмотря на всё происходящее, и, перевернув его на спину, попытался поговорить с ним.
Он кричал. Кричал: «Брат, очнись!!! Прошу тебя, нет! Не умирай, Норман! Я не могу потерять тебя снова! Очни-и-ись! НЕ-Е-Е-ЕТ!!!», игнорируя возгласы милиционеров, пытавшихся оттащить его от трупа несчастного брата, ставшего преступником поневоле. Снег запорошил сильнее, попадая и в рот, и в глаза. С крыши ближайшего дома начали улетать птицы, ветер усилился.
Крики Артёма стали разноситься по воздуху громче и протяжнее, словно он находился в какой-то пещере, звучало сильное эхо. На мгновение он прекратил кричать, и всё вокруг начало замедляться. По воздуху пронеслись громкие медленные хлопки. После пятого хлопка всё вокруг вовсе замерло, будто время остановилось: птицы застыли в небе, ветер резко затих, снег перестал падать и висел в воздухе, а милиционеры больше не оттаскивали мужчину от трупа, а просто сильно удерживали его, вообще не шевелясь.
Артём начал паниковать и, скинув с милиционера фуражку, выскочил вперёд, ближе к брату. В его глазах расплывались слёзы, он скорбел по брату. Норман был невысоким 18-летним парнем в старом чёрном пальто цвета его глаз, том самом, что осталось у Артёма. У него были густые тёмно-коричневые волосы, сзади растущие с шеи до плеч, и немного торчащие из-за ушей. Всё лицо мальчишки было в крови и ссадинах, и теперь его было сложно узнать. В глазах уже не было жизни, они смотрели в пустоту.
Внезапно его пальто зашевелилось и начало расстегиваться. Артём отодвинулся назад, и увидел, как пальто изнутри раздвигают две чёрные когтистые руки. Худощавые чёрные руки, с которых ссыпается чёрная пыль, впились в туловище несчастного. Крейнзир встал на ноги, в страхе отходя назад и не решаясь что-либо молвить.
Эти чёрные руки начали вылезать прямо из тела трупа, создавая посередине тела трещины. Всё тело мальчишки потрескалось и, в последнюю секунду, его спина согнулась пополам, разорвав всё туловище спереди, но там была беспросветная тьма. Норман обратился в чудовищное воплощение тьмы. Его ноги и руки резко стали удлиняться, становясь тоньше, и темнеть, погружаясь во тьму, исходившую как будто из его сердца.
Мальчишки там уже не было, это был демон, паразитирующий на страхах во снах. Даркгурд снова пришёл к своему врагу, предварительно запугав его. Время не думало запускаться, всё кругом по-прежнему «стояло на паузе». Демон отошёл назад и поприветствовал Крейнзира.
– И снова здравствуй!
– Убирайся прочь!!! – разгневанно ответил Артём.
– Что так не приветлив? Я всего лишь поговорить забежал!
– Я не скажу тебе, где он!
– Ты боишься меня, не так ли? – спросил Даркгурд. – Но отчего? Просто я способен показать твои самые страшные кошмары!
– Ты понятия не имеешь, что такое мои самые страшные кошмары! Это моё сознание и здесь я волен создавать то, что захочу!
– До тех пор, пока не появлюсь я. А вот твои кошмары я знаю наизусть! Ты никогда всерьёз не боялся расстаться с братом, поскольку вы почти не виделись. Ты боялся другого.
– Прекрати!.. – хватаясь за голову, выкрикнул Артём.
– Признай, ты боялся не того, что твой брат встал на криминальную дорожку, а того, что может с ним произойти! Ты боялся, что однажды это сведёт его в могилу.
– Чего ты добиваешься? Что тебе даст это пустое запугивание?
– Пустое, говоришь? – растерялся Даркгурд. – Я могу сказать, что твой брат ещё жив, но он не застрахован от того, что я уготовил для вашего жалкого мира! И поверь, его смерть будет страшна и мучительна, если ты будешь стоять у меня на пути! Я ведь могу пойти навстречу, если ты добровольно отдашь осколки…