У Красоты тем вечером гостили две самые близкие подруги.
Гордости очень хотелось прикоснуться к подарку, но она боялась показаться глупой пустышкой, набрасывающейся на блестящую вещицу, словно ворона. Поэтому та сидела у раскрытого окошка и делала вид, что не обратила внимания на серебристое «чайное блюдце» (так она про себя обозвала подарок Логики).
Зависть же была обижена тем, что подарок принесли не ей. Это было очень неприятно для её маленького, но такого чувствительного сердца! Она надула губы и уткнула нос в раскрытую на коленках книгу легенд Звездного Города.
— Девочки, — наконец произнесла Зависть, отрывая взгляд от умной книжки, — а вы знаете, почему на небе есть прореха, так похожая на повреждённую оторвавшейся пуговицей ткань? Там должна прикрепляться Луна, но она куда-то пропала сто лет назад! А новую так и не сделали... Точнее, тут написано — она должна сама родиться, чтобы ярко светить городу. Только её сначала полюбить нужно. Не пойму зачем? Она же Луна. Бездушный кусок звёздного металла!
— Дырочка в небе? Это некрасиво... — рассмеялась Красота.
— Подумаешь, небо! — фыркнула Гордость, — Кто на него вообще смотрит? Оно скучное. На нём одно и то же — звёзды. Звёзды у нас везде: и под ногами, и над головой. Скучный вид... Какая-то новорожденная Луна ничего не изменит! За что её любить?
— Твой подарок некрасив. Так зачем он тебе нужен? — тут же заметила Зависть, хитро посматривая на Красоту.
— Он мне не нужен... — пожала изящными плечиками Красота, — Он не подходит ни к одному моему платью.
— Отдай его мне, — попросила Зависть.
«Почему не мне?», — подумала Гордость и незаметно для подруг толкнула диск локтем. Он соскользнул с подоконника, вылетел через окно на улицу, со звоном покатился по дороге и остановился у ног ещё одной, тихо стоящей в полутьме девочки.
Девочка запрокинув голову любовалась небом, пытаясь сквозь искусственный свет города рассмотреть все звёзды. В городе небом больше никто не интересовался. Тут Гордость была права. Жители за долгие годы привыкли к чудесам и не обращали на них никакого внимания. Сияющая небесным светом звёздная пыль казалась им банальной и надоедливой гостьей, упрямо падающей на их бедные головы сверху. Сплошная работа дворнику, да и только!
Девочка вздрогнула от жалобного звона, изданного упавшим на камни серебристым диском, опустила голову и восторженно ахнула. Маленький диск, замерший у её босых ступней, светился ровным нежным сиянием. Она тут же подняла его с холодных камней и бережно уложила на ладонь.
— Ушибся, маленький? — девочка аккуратно погладила находку пальчиком, — Какой ты прекрасный! Ты как настоящая звёздочка...
Прижала она диск обеими ладошками к груди и поспешила за город. Там одиноко стоял небольшой стеклянный домик, построенный давным-давно её дедушкой. Располагался он на самом высоком холме, чтобы с башни было удобнее наблюдать за звёздами. Дедушка слыл среди горожан чудаком. Он обожал разглядывать небо и звёзды. Любила их и его внучка.
Разжала она пальчики, чтобы тщательнее осмотреть найденное в городе маленькое серебристое чудо, так похожее на небесную звезду.
—Ты бы мог жить на небе... — сказала она.
Неожиданно диск оторвался от её ладони, засиял ещё сильнее и чудесным образом взмыл вверх.
— Подожди! Куда ты? — удивилась девочка.
— Я родилась недавно, — серебристым колокольчиком донеслось сверху, — и пришла в Звёздный Город убедиться, что нужна его жителям. Они показались мне странными и замкнутыми в себе. Все искали во мне земную выгоду, позабыв легенду о рождении Луны... Я бы не захотела светить им, если бы не встретила тебя! Ты необыкновенная девочка. У тебя доброе и отзывчивое сердце.
— Я обыкновенная, — скромно улыбнулась девочка, а её щеки окрасились очаровательным румянцем смущения.
— Ты по-настоящему ценишь всё, что видишь вокруг. Ты внимательна к этому миру. Скажи мне, как тебя зовут?
— Меня зовут Любовь, — ответила девочка, — Я иначе не умею...
— А я Луна, предсказанная легендой. Я залатаю дырочку на небосклоне и стану светить вам ярко-ярко. И всё это благодаря тебе. Ты одна сумела зажечь меня своим теплом, мой милый, отзывчивый человек! — с этими словами серебристый диск завертелся, превращаясь в крупную сферу, которая начала медленно взбираться в самый центр небосвода.
— Пусть всем станет светлее от твоего сияния, — прошептала Любовь и на прощание помахала Луне ладошкой.