Он поворачивается ко мне, но не двигается. Его глаза темнеют, когда он скользит взглядом от моих одетых в джинсы ног вверх и наконец встречается со мной взглядом. Через несколько мгновений он стоит напротив меня, и мой взгляд следит за ним. Джейс разворачивает меня, прижимая к себе. Он убирает волосы с моего плеча, и я закрываю глаза, когда его пальцы скользят по моей коже. Секундой спустя его губы задевают моё плечо, он оставляет цепочку из поцелуев, подбираясь к шее, и останавливается напротив уха.
— Я говорил тебе, как сильно мне нравится твоя кожа, Алекса? Такая мягка, гладкая и манящая. Каждый раз, когда я вижу голый участок кожи, она словно зовёт меня, чтобы я прикоснулся к ней или поцеловал.
Когда его язык скользит по моей шее, я начинаю хныкать. Джейс проникает руками под мою футболку и располагает пальцы на животе. Он мягко прижимается ко мне, и я ощущаю, насколько он готов.
— Ты чувствуешь это? Я ещё не прикоснулся к тебе так, как хочу, и ты пальцем ко мне не притронулась, а я уже твёрд как скала. Мне достаточно просто подумать о том, что я могу с тобой сделать, и моё тело реагирует.
Джейс снимает с меня футболку и движется к поясу моих джинсов. Когда он проникает пальцами в мои трусики, его губы оказываются у изгиба моей шеи, покусывая кожу.
— Чувствую, что я не единственный, кто этого ждёт. Боже, детка, ты такая влажная, а я даже ещё не начал перечислять все вещи, которые хочу с тобой сделать, — говорит он, снимая с меня джинсы.
— Когда ты пожираешь меня взглядом, я очень сильно возбуждаюсь, — отвечаю я и оборачиваюсь, чтобы увидеть, как темнеют его глаза.
Я стою перед Джейсом в одном лифчике и трусиках, он кладёт руки мне на плечи и ведёт к кровати. Я слышу, как он начинает раздеваться и, повернувшись, наблюдаю за ним. Заметив, что облизывая губы, я слежу, как напрягаются его мышцы, он рычит и идёт ко мне. Толкает меня на кровать, я приземляюсь на спину, а Джейс накрывает меня своим телом. Жёстко поцеловав меня в губы, он покрывает мое лицо легкими, как перышко, поцелуями.
— Я планировал сделать всё медленно и нежно, но когда заметил, как ты облизываешь губы, глядя на моё тело, всё немного осложнилось. Я готов исследовать каждый сантиметр твоего горячего, маленького тела. Я дам тебе кое-что, о чем ты будешь думать каждую ночь, находясь в кровати. Ты будешь жаждать моих прикосновений, как я жажду твоего вкуса. Думая обо мне, ты будешь вспоминать всё, что я с тобой сделаю, ты будешь горячей, как огонь, и я буду единственным, кто сможет справиться с этим пламенем.
Если он продолжит говорить, то думаю, кончу уже после двух толчков, поэтому беру его за затылок и притягиваю к себе, чтобы он замолчал.
Джейс полностью входит в меня, я обхватываю его бёдра ногами и, не теряя времени, начинаю двигаться. Желая всё контролировать, я переворачиваюсь и оказываюсь сверху. Он поддерживает меня за бедра, поднимая вверх и вниз. Продолжая двигаться, я наклоняюсь и дарю ему горячий поцелуй.
— Слишком поздно, солдат. Я уже хочу этого, и когда ты в моей постели, я болею этим. И ты единственный, кто может удовлетворить мои пристрастия.
Его глаза наполняются желанием, и я вновь оказываюсь на спине. Джейс начинает исполнять свои обещания, целуя меня медленно и нежно, и всю оставшуюся ночь поклоняется моему телу. Я буду вспоминать эту ночь снова и снова, как он и сказал.
То, как он показывает мне, насколько я обожаема и желанна, не похоже ни на что, что я чувствовала когда-либо. Моя голова и сердце борются с желанием полностью ему открыться. В любом случае Джейс МакАллистер разрушил меня для всех остальных, и это пугает до смерти.
Джейс.
Я сижу в аэропорту и жду рейса до Нью-Мексико, чтобы освободить квартиру и заполнить кое-какие документы, а затем отправиться в Кентукки. На удивление поездка в Огайо оказалась замечательной, и я был очень взволнован тем, что провел несколько коротких недель с Алексой.
Покинуть её этим утром было тяжело. Она собиралась поехать со мной, но мне нужно было вернуть взятый в прокат автомобиль, поэтому я не видел в этом смысла. Говоря по правде, я не был готов пережить прощание в аэропорту. Я был измотан, и последнее расставание чуть не разорвало меня. Но тогда я не был уверен в своём будущем. Когда снова увижу её. На этот раз я верю, что всё получится. Алекса была разочарована, когда я сказал ей не беспокоиться об этом, она была такой милой с разметавшимися по подушке волосами. Пару секунд спустя я избавил ее от одежды и подарил последнее прощание. Когда я поцеловал Алексу в последний раз, на меня смотрела раскрасневшаяся, сексуально пресыщенная девушка. Этот образ навсегда останется в моих мыслях. И, возможно, мне не стоит думать об этом в общественном месте.