8 глава
Джейс
После долгого путешествия из Афганистана в Форт-Уолтон-Бич, я сижу за барной стойкой на кухне моих родителей. Моя мама готовит банановый хлеб для книжного клуба, а отец просматривает привезенные мной фотографии.
— Я не понимаю, почему ты не можешь остаться здесь. Твоя старая комната всё там же, — мама запротестовала, когда я сказал, что остановлюсь там же, где и все участники встречи.
— Мам, я просто хочу быть в центре всего действия. И так будет намного удобнее, когда мы будем пить и зависать.
— Да, Бет, он хочет быть в центре всех событий… и подальше от мамы и отцовского дома, чтобы можно было в чём-то поучаствовать, — говорит папа, смеясь и хлопая себя по колену, как будто только что сказал самую смешную вещь на свете.
— Патрик Шон МакАллистер! Ты можешь помолчать, когда речь идёт о моём малыше!
— Малыш? Не хочу тебя огорчать, но твой малыш уже двадцать семь лет, как перестал быть ребёнком. Теперь он мужчина. Он несколько раз был на войне и вернулся. Я думаю, что твой малыш уже вырос, — посмеиваясь, отвечает папа.
— Для меня он всегда будет ребёнком, неважно, сколько ему лет и где он, — говорит мама, ставя передо мной завтрак.
Это правда, в нашей семье я ребёнок. Мой старший брат Клэй, живёт в Орландо вместе с женой Эбби и двумя детьми, а моя сестра Керри живёт в двух шагах от родителей. Несколько лет назад она вышла замуж за Марка. Я единственный ещё не остепенился, и мама не даёт мне об этом забыть. Она всегда думала, что повзрослев, я и Алекса, в конечном итоге, будем вместе, поэтому она была немного расстроена, когда я ушёл в армию и потерял любой шанс на отношения. Она продолжает поддерживать связь с миссис Салливан, поэтому каждый год я получаю выговоры от неё. Фактически мои родители были приглашены на свадьбу, но не смогли пойти туда.
— Так, Джейс, ты не знаешь, Сиерра и Джереми приедут на встречу выпускников? — спрашивает мама, и я уже догадываюсь, какой вопрос будет следующим.
— Сиерра входит в комитет, так что да, они там будут.
— Надеюсь, я смогу увидеть их малышку. Мама Сиерры очень часто выкладывает её фото в интернете.
— Они привезут её, мам. Несколько недель назад Джереми сказал мне, что с ними приедет Алекса, в качестве няни, чтобы они могли посетить все мероприятия, — говорю я, ожидая мамину реакцию.
— Джейс Майкл! Алекса Салливан приезжает в город, и ты не потрудился сказать мне об этом! — злится мама.
— Теперь она Алекса Тейт, и нет, я старался не думать об этом. Ты ведь знаешь, что мы не общались несколько лет.
— Я знаю, милый. И то, что произошло с ее мужем, так печально. Я бы сказала тебе, но ты не хотел говорить о ней. Несмотря ни на что, ни одна женщина не должна хоронить своего мужа в таком молодом возрасте. Я знаю, что Салливаны очень беспокоились о ней.
— Я узнал об этом, несколько месяцев назад. Я хочу попытаться вернуть нашу дружбу. Иногда мне хочется ударить себя за то, что совершил. Если бы тогда я посмотрел на некоторые вещи по-другому, возможно, мы бы остались друзьями, и может быть, я мог бы быть там, рядом с ней. Вместо этого я всё испортил, и последние десять лет мы не разговаривали, — говорю я, потирая лицо руками, пытаясь забыть о холодности между нами.
— Ох, Джейс. Ты следовал за мечтой. Ты пытался найти её, но жизненные обстоятельства вам помешали. Такое случается. Это жизнь. Всё что вы сейчас можете сделать — это двигаться дальше.
Я знаю, что она права, но беспокоюсь о том, что скоро увижу эту женщину, впервые за последние десять лет, и это было до смешного непривычно. Разумеется, мы не продолжим то, на чём закончили в прошлый раз, хотя мысль об Алексе, оседлавшей мои колени в лунном свете, весьма привлекательна. Мой член дёргается от этой мысли, поэтому я спешу переключиться на что-то менее эротичное. Последнее, что мне нужно, это эрекция перед родителями в мой первый день дома.
— Я хочу сходить на пляж, немного понежиться на солнце. А то я загорел по униформе, — говорю я, вставая из-за барной стойки.— Сегодня до вечеринки, я скорее всего не вернусь, поэтому зайду завтра.
— Приезжай в любое время, дорогой. И будь осторожен. У тебя доброе сердце, и я не хочу, чтобы тебе причинили боль, — отвечает мама, целуя меня в щёку и убирая посуду с барной стойки.