– Никогда не говори – никогда. Не испытывай судьбу, – смеясь сказал Фарик. Достав сигареты и закурив, он уже вполне серьезно сказал:
– Освобождается хорошее помещение. Не хочешь свою мастерскую в более просторном месте устроить, в другом здании? Собирался завтра зайти к тебе предложить, а видишь, удачно встретились, – на смуглом лице снова сверкнула белозубая улыбка.
– Да, нет. Думаю, я уже привыкла здесь. Приспособилась.
Фарик пожал плечами.
– Подумай. Сделаю скидку, по дружбе. Или у тебя тут свой интерес? – он хитро посмотрел на нее.
Настя поняла, что он намекает на Мишку. Их тесная дружба уже давно стала темой шуток и пересудов среди «обитателей» склада.
– Ну, если только Женя – король стирального порошка и моющих средств, – улыбнулась она.
Прищурив темные глаза Фарик рассмеялся.
– Пока, Настя! – сказал он, высаживая ее у метро. Настя помахала рукой и шикарная машина, мигнув на прощание фарами, покатила дальше.
Разговор с Фариком немного отвлек от крутившихся в голове мрачных мыслей. Настя спустилась в метро. Шоппинг – старое, испытанное женщинами всех времен и народов чудодейственное средство, привести в порядок взбудораженные чувства и отвлечься от ненужных и бессмысленных переживаний. Пусть, хотя-бы и временно. Настя надеялась, что и ей удастся получить тот же результат.
К сожалению, на этот раз испытанное средство не действовало. Настя бродила по торговому центру, рассеянно глядя на витрины, не испытывая никакого желания заходить куда-то, что-то смотреть, выбирать, мерить. Сегодня извечная любовь слабого пола к магазинам и покупкам не увлекала ее. В конце концов, она буквально заставила себя зайти в пару отделов и, взяв что-то, чуть ли не первое попавшееся под руку, примерила на себя. Но мысли настолько были далеко и совсем о другом, что она даже не могла вспомнить, едва покинула отдел, что же такое она там примеряла, и как это, что-то на ней смотрелось. Не радовало и успокоительное соображение «деньги целее будут». Она пришла развеяться, переключиться. Порадовать себя чем-нибудь, а результат был нулевой. Никакой радости или облегчения она не испытывала. Сердце по-прежнему сжимала безысходная тоска. « Я превращаюсь в дипрессивную дуру. Неврастеничку из тех, что вечно ноют и жалеют себя. Рыдают в подушку и живут с мыслью, что их жизнь не удалась, и судьба жестоко и несправедливо обделила их», – мрачно думала она, шагая мимо ярких, манящих к себе обещанием скидок, двух вещей по цене одной и другими соблазнительными предложениями, витрин. Люди вокруг суетились, входили и выходили из многочисленных отделов. Тащили пакеты с покупками. Лица радостные, возбужденные, в глазах охотничий азарт и собственническое счастье «обладания». «Может, хоть кофе выпить?» – проходя мимо «ресторанного дворика» подумала Настя, проклиная собственное занудство и мрачное настроение. Кофе не хотелось. «Боже! – начала она раздражаться, на саму себя уже не на шутку. – Чего ты вообще сюда приперлась?!»
Она все же заказала кофе и села за столик. «Могу участвовать в конкурсе Самое кислое лицо – все шансы на победу однозначно мои», – с самоуничижительным злорадством отметила она, взглянув на собственное отражение в витрине напротив.
–
Нестор вылез из машины. Он не помнил номера квартиры, что бы позвонить по домофону, но тут из подъезда выплыла, страстно целующаяся, прямо на ходу, парочка подростков.
Дверь открыла девочка – Варя. Хорошенькая, очень похожая на мать. Только волосы светлые и нос без веснушек. И глаза не серо-зеленые, как у Насти,а просто зеленые, как ягоды крыжовника.
– Здравствуйте! – поздоровалась Варя и улыбнулась почти маминой улыбкой.
– Привет! Чего не спрашиваешь, кто? Вдруг тут страшный серый волк? – улыбаясь ей в ответ, сказал Нестор.
– А я в глазок посмотрела, – важно ответила она и засмеялась. – Вы, прямо, как мама. Она тоже всегда ругается, что я не спрашиваю.
Он немного обеспокоенно попытался заглянуть за ее спину, вглубь квартиры. Где, кстати говоря, сама мама?!
– А мамы нет, – подтверждая зародившееся у него опасение, сообщила Варя.
– Понятно, – сказал он, чувствуя себя полным дураком, испытывая злость и разочарование. Приперся, идиот!
– Она скоро вернется? – не удержался он, подавляя желание спросить, заодно и о том, где она. «Давай, будь полным кретином. Можешь еще спросить с кем она. Узнай, не встречается ли мама девчушки, случайно, с каким-нибудь мужиком, к примеру».
Ничего не подозревая о лихорадочно толкающихся в голове маминого знакомого ревниво-идиотических мыслях, Варя помотала головой.